Книга Снегурка и контракт на чудо, страница 5 – Аурелия Шедоу

В конце концов, я выбежала на что-то вроде просвета — площадку, усыпанную мелким, похожим на битое стекло шлаком. И прямо на неё, бесшумно спустившись с пепельного неба, приземлился экипаж.

Это была не карета. Это был идеальный параллелепипед из матового серебристого металла, без окон, без украшений. Только на боку горела неяркая надпись на незнакомом, но почему-то понятном языке:«Инспекция. Магический карантин и утилизация. Сектор 7-Г».

Бежать было уже некуда. Я стояла, тяжело дыша, чувствуя, как грязь с платья каплями стекает на чистую, стерильную поверхность площадки. Хома замер у меня на плече, его крошечное тельце напряглось.

Боковая грань параллелепипеда растворилась без звука. Изнутри, в облаке прохладного, пахнущего озоном воздуха, вышел он.

Эльф.

Но не из моих детских книжек — не лесной певец в зелёных одеждах с лирой. Этот был одет в идеально сидящий костюм стального цвета. Безупречный галстук, белоснежная рубашка, тонкие черты лица, лишённые каких-либо эмоций. Его светлые, почти серебристые волосы были коротко и строго подстрижены. Уши, конечно, были заострёнными, но выглядели скорее, как дорогой анатомический аксессуар, а не признак расы. В руках он держал тонкий планшет, с поверхности которого струились бледно-голубые строки текста.

Его взгляд — холодный, как лёд на далёкой звезде, — скользнул по мне, оценивающе и безразлично, будто я была очередным неотсортированным предметом.

— Объект А-7783, — произнёс он. Голос был ровным, мелодичным, но абсолютно пустым, как звук дорогого аудио-интерфейса. — Самопроизвольная материализация в зоне утилизации категории «Альфа-Запрет». Нарушение протокола 1.1, параграф 4.7 «О несанкционированном межпространственном мусоре». Вы задержаны.

Я попыталась что-то сказать, выдавила из пересохшего горла: «Я… я не объект…»

Он не стал слушать. Легким движением пальца по планшету он вызвал из экипажа два тонких щупальца энергии, которые мягко, но неотвратимо обвили мои запястья. Они не жгли, а лишь излучали лёгкое покалывание. Я была «в контактах».

— Сопротивление бесполезно и повлечёт за собой дополнительные обвинения по статье 15.3, подпункт «В», — сообщил он, разворачиваясь и жестом приглашая меня следовать в экипаж. — Вам будут предоставлены все права, предусмотренные Кодексом магической юрисдикции Арканум-Града.

Что я могла сделать? Я вошла. Внутри это было похоже на стерильный кабинет врача или, скорее, на кабинет следователя. Никаких сидений, только гладкие поверхности, струящийся свет и парящий в воздухе перед эльфом его планшет.

Экипаж взмыл, движение было настолько плавным, что я лишь по изменению картинки за исчезнувшей стенкой поняла, что мы летим. Передо мной материализовалась прозрачная преграда. Камера. Предварительного заключения.

— Я — следователь 7-го ранга Фэриан, — представился эльф, не глядя на меня, его пальцы порхали над планшетом. — Сейчас вам будут зачитаны ваши права и предъявлены обвинения. Процесс записывается.

Он сделал паузу, и из ниоткуда зазвучал тот же бесстрастный голос, перечисляя пункты и подпункты. Я слышала лишь обрывки: «…несанкционированная эманация в защищённой зоне…», «…живой инвентарь без чипа идентификации…», «…подозрение в контрабанде примитивных эмоциональных паттернов…».