Книга Снегурка и контракт на чудо, страница 50 – Аурелия Шедоу

Относительное спокойствие длилось ровно четыре дня. Четыре дня, за которые «Банда Простого Чуда» превратила кристаллическую пещеру в подобие штаба. Грум и Рогар устроили ловушки на всех подступах. Лора, обладающая самым острым чутьём, патрулировала ближайшие тоннели. Вольф восстанавливал силы. Мы с Хомой пытались придумать следующий шаг, который не сводился бы к бесконечному бегству.

Именно поэтому я отлучилась. Нужны были припасы, которые нельзя было добыть в Подкаменье — простая соль, свечи, хоть какая-то ткань для перевязок. И, что важнее, информация. Нужно было узнать, утихла ли охота, что говорят в Туманах, появились ли новые листки с нашими лицами.

Вольф был против. Рогар предлагал пойти самому. Но я настояла. Я была наименее заметной в верхнем городе — если снять кокошник и запахнуть плащ, я была просто ещё одной бледной, потрёпанной эмигранткой в толпе. К тому же, у меня был неожиданный козырь — несколько медных «шелестяшек», местной мелочи, которые Лили, фея-кассир, когда-то вложила в благодарственный пирог. «На чёрный день», — написала она тогда пыльцой. Этот день настал.

— Два часа, — хрипло сказал Вольф, провожая меня к узкому лазу, ведущему в верхние уровни сточных коллекторов. — Ни минутой больше. И если почувствую хоть каплю чужого страха или боли — мы поднимем на уши всё Подкаменье.

— Я буду осторожна, — пообещала я. Хома, сидя у меня на плече, мысленно добавил:«И не вздумай покупать ту пахнущую странно колбасу. В прошлый раз от неё у меня три дня изжога была, а у меня, между прочим, тысячелетний метаболизм».

Я оставила его с Грумом. Гном, несмотря на свою внешнюю суровость, относился к хомяку с неожиданным почтением — как к ветерану давно минувших войн. «Он старше моей горной породы, — ворчал Грум. — С таким не спорят. Его слушают. И кормят тем, что не жалко».

Путь наверх был нервным, но без происшествий. Коллекторы, туннели, потом — знакомые, вонючие задворки Туманов. Город жил своей жизнью, и эта жизнь, к моему удивлению, почти не изменилась. Никто не искал истерично Снегурку на улицах. На стенах висели потрёпанные дождём листки с нашими изображениями, но на них уже не обращали внимания. Казалось, шумиха немного утихла. Морозус, возможно, решил, что мы сгинули в недрах мира, или же его внимание переключилось на что-то более насущное.

Я сделала небольшие, скромные покупки у торговцев, которые не задавали вопросов. Прислушивалась к разговорам. Слухи ходили самые разные: от того, что «ту самую шарлатанку» видели в соседнем королевстве, до абсурдных теорий, что она была агентом конкурентов Гильдии. Никто не говорил о нас с теплотой, но и с открытой ненавистью тоже. Мы стали городской легендой — страшной сказкой для запугивания детей и темой для разговоров в очереди за зельем.

Это было обнадеживающе. Значит, можно было рассчитывать, что самое пылкое преследование закончилось. Может, даже можно будет осторожно восстановить контакты с самыми верными из старых клиентов. Этой мыслью я и жила, возвращаясь назад, успев уложиться ровно в два часа.

Я шла по знакомому тоннелю, уже чувствуя под ногами вибрацию кристаллов нашей пещеры, когда меня остановил ледяной вой.

Это был не просто звук. Это была волна чистого, нечеловеческого ужаса, тоски и ярости, вырвавшаяся из глубин и пронзившая камень насквозь. Вой оборотня. Вольфа.