Книга Снегурка и контракт на чудо, страница 67 – Аурелия Шедоу

Торбин кивнул и достал из портфеля бланк. Не толстую папку, а один лист с голограммой городской печати.

— Городская Управа, на основании экспертного заключения своих специалистов и анализа общественной реакции, утверждает временное разрешение на деятельность особого типа. Лицензия категории «Икс-Нулевой». Для работы с нестандартными, не подлежащими обычной классификации источниками нематериального воздействия.

Он прочёл условия. Они были одновременно и щедрыми, и невероятно жёсткими:

Деятельность — строго добровольческая, некоммерческая.

Место — выделяется городом (старый, заброшенный павильон в парке Туманов, который Управе всё равно было некуда девать).

Обязательный ежеквартальный отчёт не о прибыли, а о «качестве оказанных услуг» в свободной форме.

«Источник» (Хома) остаётся под нашим присмотром, но за его «состоянием» имеет право наблюдать назначенный Гильдией эксперт. В бланке была сноска: «*Эксперт: Фэриан, следователь 7-го ранга (временно переведён в отдел мониторинга аномальных социальных явлений)*».

Это был не компромисс. Это была холодная, бюрократическая капитуляция, прикрытая фиговым листком «регулирования». Гильдия не признавала нашу правоту. Она давала нам длинный поводок, чтобы мы не вытворяли больше таких «фокусов». А Управа получала свой «социальный актив» и тыкала Гильдию носом в её некомпетентность.

— Вы согласны с условиями? — спросил Торбин.

Я посмотрела на Вольфа, на Грума, на бледного, спящего в кармане моей куртки Хому. Потом — на Фэриана. Он встретил мой взгляд и едва заметно кивнул. Не «добро пожаловать». «Это лучший из возможных исходов в данной конфигурации переменных».

— Да, — сказала я. — Согласна.

— Тогда слушания объявляются закрытыми, — пробормотал Старейшина и поднялся, не глядя ни на кого. Он уходил проигравшим, но его походка всё ещё была поле надменного достоинства. Система не рухнула. Она прогнулась, издав скрип, и приготовилась ждать своего часа.

Когда нас выпустили из камеры, Торбин подошёл ко мне и протянул тот самый бланк.

— Лицензия «Икс», — сказал он с лёгкой усмешкой. — В графе «вид деятельности» пока стоит прочерк. Придумайте что-нибудь сами. «Эмоциональный ресайклинг», «Ностальгический сервис»… — Он понизил голос. — И постарайтесь, чтобы ваш «источник» поскорее пришёл в себя. Городу, как выяснилось, нужны не только кристаллы и заклинания. Иногда ему нужно… просто немного тепла. Без счёта.

Мы вышли на улицу. Не в туманы задворок, а на центральную площадь, залитую уже настоящим, не продающимся вечерним солнцем. Вольф тяжело вздохнул.

— И что теперь? Опять чай заваривать?

— Нет, — сказала я, ощущая странную, тихую усталость и странное, тихое торжество. — Теперь… будем строить тот самый павильон. И ждать, когда проснётся наш главный специалист по нематериальным активам.

Судьи не было. Был договор. И в нём, среди сухих строк, было самое главное: признание. Пусть вынужденное, пусть неохотное. Но они признали: чудо нельзя купить. И, как оказалось, его уже нельзя и запретить. Оно уже было здесь. И теперь у него была, как ни смешно, официальная лицензия.

Павильон, который нам выделила Управа, оказался не развалюхой, а скорее… законсервированным недоразумением. Стеклянно-деревянная постройка на краю парка Туманов, когда-то служившая то ли оранжереей для светящихся мхов, то ли павильоном для медитаций. Окна были мутными, пол — покрыт пылью и хвоей, но крыша не текла, а печь в углу обещала тепло. Это было в тысячу раз лучше нашей подвальной щели и в миллион раз уютнее стерильных залов Гильдии.