Книга Попаданка. Замуж по принуждению, страница 89 – Юлий Люцифер

Селена побледнела.

Не сильно.

Но достаточно.

— Ты бредишь от раны, — произнесла она ровно.

— Возможно. Но шпилька от этого не перестала быть твоей.

Я смотрела на нее и не могла отвести взгляд.

Потому что вот сейчас, впервые, ее идеальная уверенность дрогнула по-настоящему.

— Я не заходила в ее спальню, — сказала она.

— Лжешь, — отрезала я.

Ее глаза метнулись ко мне.

— Осторожнее, леди Вальтер.

— Или что? Еще одну шпильку подбросите? Или на этот раз сразу яд?

Пожилой аристократ нервно вмешался:

— Милорд, миледи, возможно, не стоит…

— Стоит, — одновременно сказали мы с Кайденом.

На секунду мне даже захотелось усмехнуться.

Почти.

Если бы не дрожь в коленях после покушения.

Кайден повернулся к Рейнару.

— Проводи гостей в западную гостиную. Никто не покидает дом до моего разрешения.

— Вы не имеете права! — вспыхнул молодой красавец Адриан.

— Имею, — спокойно сказал Кайден. — В моем доме только что пытались убить мою жену.

Тишина.

Вот так.

Мою жену.

На этот раз в словах не было ни игры, ни красивого жеста для зала.

Только голый, ледяной факт.

И у меня от него снова что-то странно дернулось под ребрами.

Проклятье.

Рейнар уже начал уводить гостей. Агнес бросила на меня короткий, почти одобрительный взгляд — если от нее вообще можно было получить что-то подобное — и вышла одной из первых. Адриан задержался, явно желая что-то сказать, но, встретившись глазами с Кайденом, передумал. Селена пошла последней. У самой двери обернулась.

— Это еще не конец, — тихо произнесла она.

— Для тебя — возможно, ближе, чем кажется, — ответил Кайден.

Она улыбнулась.

И вышла.

Когда зал опустел, я медленно выдохнула.

Только теперь руки начали дрожать по-настоящему.

Оркестрантов вывели. Слуги собирали осколки, стараясь не смотреть на мертвого у стены. Запах яда пока не выветрился, и от него мутило.

— Тебе надо сесть, — сказал Кайден.

— Не надо мной командовать.

— Поздно.

— Ненавижу…

Он взял меня за плечи.

Крепко.

Не больно.

Но так, что я замолчала.

— Дыши, — сказал он тихо.

Я смотрела на него и вдруг поняла: если сейчас не зацепиться за что-то простое, я действительно сорвусь. В крик, в дрожь, в глупые слезы — во что угодно.

Поэтому вдохнула.

Раз.

Еще.

И только потом процедила:

— Ненавижу, когда вы правы.

— Это уже полезная ненависть.

— Да вы…

Но договорить не вышло.

Потому что вместе с дыханием вернулась метка. Жарко. Осторо. И с ней — его состояние. Я почувствовала, как под внешним спокойствием у него внутри все натянуто до предела. Боль в боку. Ярость. Желание немедленно догнать Селену, вывернуть ей глотку правдой и кровью. И, поверх всего, почти болезненную тревогу за меня, от которой у меня самой заледенели ладони.

Я резко отвела взгляд.

Он понял.

Сразу.

— Опять? — спросил негромко.

Я кивнула.

— Да.

— Что именно?

— Не сейчас.

— Эвелина.

— Я сказала, не сейчас.

На этот раз он не надавил.

Только убрал руки с плеч.

И это почему-то тоже задело.

Глупо.

Очень.

— Нужно поговорить, — сказала я после паузы.

— Нужно.

— Не здесь.

— Да.

Он повернулся к Рейнару, который как раз заканчивал распоряжаться телом нападавшего.

— Западное крыло закрыть. Никого не выпускать. Лорда Лора и старика из совета не отпускать от стражи ни на шаг. За Селеной — отдельное наблюдение.

— Уже поставил, — сказал Рейнар.