Книга Конец Игры, страница 87 – Бекс Дево, Лиза Элдридж

— Значит, Джесси напоминает тебе собаку? — спросил я.

— Щеночка, — поправила она с ухмылкой. — И да. От него всегда исходил такой вайб. Золотистый ретривер, если угодно.

Уголки моих губ поползли вверх, вторя ее улыбке.

— Ага... а я всегда считал его скорее колли, из-за этих его лохматых волос.

Она громко рассмеялась.

— Да, это я тоже могу представить.

Забота в ее взгляде была очевидной.

— Ты ведь правда сильно его любишь, да?

— Очевидно, — сказала она. — В смысле, он... — она замолчала. — Он потрясающий. Но мне ведь не нужно тебе этого объяснять, верно?

Ее взгляд был пристальным, и я отвел глаза.

— Да, он отличный друг.

— Но для тебя это нечто большее, не так ли?

Я сделал глоток газировки, немного пожевав полосатую пластиковую трубочку. Птица, должно быть залетевшая через зону разгрузки, пронеслась под куполом застекленного атриума наверху, и я проследил за ней взглядом, всё еще не желая смотреть прямо на Тару.

— Я не понимаю, о чем ты.

Я почти слышал, как она закатила глаза, судя по ее голосу.

— Ладно. Значит, те влюбленные глаза сердечками, которые у тебя появляются каждый раз, когда ты его видишь, — это просто для декора?

— Кажется, тебе мерещится, — я взглянул на нее, и ее проницательный взгляд, устремленный прямо на меня, оказался невыносим. Я быстро отвернулся к тележке с кренделями, разглядывая ее так, словно это была самая удивительная вещь, которую я когда-либо видел.

— Чарли, — сказала она, протянув руку через стол, привлекая мое внимание. — Это нормально — быть влюбленным в Джесси.

Тогда я пожалел, что посмотрел на нее. Потому что я не мог ей солгать. Я мог лгать себе — я делал это годами, — но один взгляд в эти шоколадные глаза, и вся моя решимость, все стены, которые я воздвиг вокруг этого факта, рухнули.

— Даже если бы и так, это не имеет значения, — попытался сказать я вместо этого. — Он меня ненавидит. Я влез в его отношения и связал себя узами с его девушкой.

— Он это переживет, — легко ответила Тара.

— Ради тебя — да, переживет, — возразил я. — Но ради меня... Я не знаю. Я просто не думаю, что нам суждено быть вместе.

— Ты любишь его?

Я сглотнул, но ничего не ответил. Если я не мог сказать это ему, то не мог сказать никому.

Через несколько мгновений на ее лице появилось выражение понимания.

— Когда ты будешь готов, я помогу. И я знаю, что Джесси оттает.

Я одарил ее легкой улыбкой.

— Спасибо, малышка.

— Можешь звать меня свахой, — усмехнулась она.

— Сваха готова поехать домой? Джесси должен скоро закончить.

— Да, готова.

Я хотел верить, что всё обойдется и Джесси оттает, но с каждым днем это казалось всё менее вероятным. Он так и не потеплел ко мне, просто терпел мое присутствие. И я не мог позволить себе тешить себя надеждами.

Я не мог позволить Джесси разбить мне сердце, потому что знал: после этого я уже не оправлюсь.

Мы вошли в квартиру Джесси и закрыли за собой дверь. Судя по часам, его шестнадцатичасовой стрим должен был уже заканчиваться. По дороге домой мы заехали в его любимый тайский ресторанчик и взяли зеленое карри, его любимое блюдо. Он наверняка был голодным и уставшим, и мы оба были уверены, что ему не захочется готовить.

Вскоре дверь его комнаты открылась, и он вышел, шаркая ногами.

— Привет, пирожочек, — сказал он, как только увидел Тару. Его взгляд даже не скользнул по мне.