Книга Дочь Ненависти: проклятие Ариннити, страница 112 – Елизавета Девитт

— Ну что, умрём красиво? — хрипло усмехнулся Винсент.

Он до конца не верил, что Гидеон мог быть нужен Лео больше, чем Ксандеру — его труп за то, что он вновь украл меня у него.

— Нет уж, — я метнула в него смешливый взгляд из-под мокрых ресниц, — максимум эффектно: в луже крови и сарказма.

— Звучит как план.

— План, красавчик, в том, чтобы выжить, — выдохнула я, наперекор собственным мыслям. А после добавила с едкой, кровожадной ухмылкой маньячки: — И заставить их захлебнуться в собственной крови вместо нашей.

Винсент засмеялся, и его улыбка просияла, как солнце, которого я уже давно не видела из-за туч. Сжав ладонь крепче, он прошептал:

— Значит, будем жить уродливо и долго, цветочек. Всем назло.

И в этот миг я поняла: да, именно так — уродливо, неидеально, со шрамами и грехами, с ранами, которые никогда не заживут.

Но — жить.

Пусть за спиной клубился мрак прошлого, пахнущий пеплом и болью, пусть впереди ждал не свет, а ослепительная неизвестность, но пока его пальцы держали мои — я была готова ко всему.

Потому, когда Ксандер, увидев нас, смело шагающих навстречу, уже поднял руку, готовый к заклинанию, он вдруг замер. Его наточенный, как лезвие, взгляд дрогнул: он увидел двух безумцев, которые шли под прицелом дюжины стрел… и всё равно улыбались.

— Ты был прав, — сухо бросил Лео, скрестив руки на груди. — Он всегда возвращается за ней.

Его голос был полон раздражения, но в глазах блеснуло что-то горькое, неуловимое: зависть или злость, которые сложно было различить.

Мы подняли руки, иронично изображая жест сдачи, но в этом не было ни капли капитуляции. Мы не были пленниками. Мы не были жертвами. Наши пальцы, переплетённые друг с другом, держались крепче любых оков.

И в этом — в нашей дерзкой близости — скрывалась сила, которая страшила их больше, чем любое оружие и Хаос.

Так, подтверждая слова Лео, Винсент улыбнулся шире, поймал мой взгляд и задержал его, выдохнув вновь одно слово — простое, но звучавшее весомее всех приговоров, клятв и проклятий:

— Всегда.

В ответ призрачный смех Ариннити сотряс воздух, умело скрываясь в оглушительных раскатах грома. И чернилами дождя, на сером свитке небес, она вывела наш эпилог всего в пару строк:

«Ваше „всегда“ — это только секунда между страницами. А я уже ставлю точку и закрываю книгу, обещая одно: в следующей части я не позволю вам добраться до глупого хеппи-энда».

Гром стих. Воздух дрожал от напряжения.

И только тень, стоявшая в стороне, никем не замеченная, прочитав послание, едва заметно усмехнулась, позволяя себе одно короткое, сухое, но до странного многообещающее:

— Хм…