Книга Княжна Эворта. Нетлеющие страницы судьбы, страница 67 – Анастасия Максименко

…Сладковатый запах смерти забил ноздри. Громкий надрывный искаженный смех, не то женский, не то высокий мужской, страшный в своем сумасшествии хохот. Фиалкового оттенка цветы падают почерневшими лепестками в ступку, над черным котлом — зеленоватый дымок; затянутая в черную перчатку рука помешивает варево, маленькая бутылочка с конусной крышкой, в которой плещется прозрачная и багровеющая на глазах жидкость. Разрывающееся на части человеческой сердце, чьи останки осыпаются пеплом. Раздирающая грудную клетку тупая, сводящая с ума боль. Падающее на белую плитку тело и мертвенно-бледная рука со сверкающим на пальце золотым брачным кольцом.

Шумно втянув в легкие воздух, будто долгое время находилась под водой, порывисто откинулась спиной на сидение, надсадно кашляя и дыша. Утерев запястьем рот, немигающе смотрела прямо перед собой, до конца не осознавая, что это было, а осознав, ахнула. Еще никогда мой дар себя так не проявлял. Так ярко и детально.

В смешанных чувствах полезла за настойкой, осушая сразу две бутылочки. Сознание прояснилось. С нажимом провела двумя ладонями по лицу к волосам, слегка дергая их за пряди, и покосилась на папку, на руках уплотнились перчатки. Быстро засунув бумаги обратно, ударила по газам.

Меня снедало неотвратимое ощущение — мое видение связано с управлением, и по приезде об этом видении обязательно следует сообщить мьесару управления.

В целях личной безопасности отрешилась от навязчивых мыслей по поводу видения, изучила карту. Мне следовало проехать мимо еще нескольких провинций, затем — по заброшенному городу с давно исчезнувшей золотой жилой, после которого и начинался Морт, таким образом я ненамного сокращу путь. Несмотря на настойки, физическая усталость никуда не пропала и только усиливалась. Внимательно взглянула на карту; что ж, значит, так.

На подъезде к зловещему городку с указателем: «Добро пожаловать в Золотой Ертан», чьи постройки виднелись издалека, сбавила скорость, медленно въехала сквозь каменные щербатые ворота с облупившейся краской и на низких скоростях потянулась мимо пусть и каменных, некогда красивых, но в большинстве аварийных зданий. Город в самом деле когда-то был очень красив. Широкая площадь, мощеные, сейчас покрытые мхом дорожки, полуразвалившиеся и вполне целые пустые фонтаны, а впереди — мрачный замок с купольными башнями и шпилями. За ним, по левой стороне, и находился выезд.

Мне бы прибавить газу, но я, напротив, нерационально скинула скорость; тревожность в груди нарастала, изнутри будто дергали крючком в сторону замка, словно мне обязательно следовало его посетить. И с каждым метром ощущение, как снежный ком, нарастало.

…Нарастало настолько, что я осознала себя закутанной в подбитую мехом накидку у распахнутых высоких дверей замка. Будто во сне, мягко ступая, прошла в небольшую пустую прихожую с обтрепанными тканевыми стенами, затем — в темный холл. Над головой вспыхнуло несколько ярких огоньков. Взгляд выхватил каменную, наполовину обвалившуюся лестницу, потертые картины незнакомых людей, истлевшие обрывки алых ковровых покрытий, остатками люстры усыпан пол.

Чутье потянуло в сторону, к ответвлению более узких высоких дверей, прогнало по нескольким коридорам, пол которых много где прогнил и провалился, в подвальные помещения, и вывел к удивительно красивым мраморным, пусть и покрытым пылью дверям в причудливых выпуклых цветах.