Книга Патруль оранжевого сектора – 2, страница 50 – Янина Наперсток

Но больше всего повезло Снежку. Капитан, во что пилоту до сих пор не верилось, разрешил йети выход в открытый космос! На прямой Мирин вопрос наедине, «как он до такого дошел», Стивен посмеялся, пожал плечами и пояснил:

— Ни в одном положении Устава или пункте инструкции нет запрета для выхода йети в космос. А что не запрещено — то разрешено. Тем более, Бобби прав: гермесские скафандры самые надежные. Пусть Снежок порезвится.

Йети и правда пребывал в эйфории. Он «плавал», крутился через голову, и на его разомлевшую от счастья моську было приятно посмотреть даже сквозь стекло гермошлема. Мире же «порезвиться» не вышло. Ощущения от невесомости… странные. Ты вроде бы одновременно и паришь в вакууме, и в то же время любое направленное действие: шаг, захват скобы, разворот, перетяжка узлов, даже перецепка карабина на страхующих тросах — для всего этого приходится прилагать куда больше усилий, нежели на земле или в условиях искусственной гравитации. Снежку хорошо — летай себе и летай, как шарик на веревочке, наслаждайся свободой и восторгайся «пейзажами» и новыми ощущениями.

Мира же, пока они с Бобби выполнили обязательную программу, чувствовала себя, как человек, простоявший у станка без сна и отдыха несколько суток. Все мысли только и сводились к тому, чтобы добраться до каюты и свалиться спать.

Однако прежде чем вернуться внутрь, пилот все-таки остановила сослуживца:

— Давай повисим тут пару минут без дела. Просто… посмотрим на тишину.

— Поэтично сказано, — усмехнулся механик, зацепив карабин за последнюю скобу и расслабляя тело.

Космос, обступивший со всех сторон, завораживал и… немного пугал. Мира смотрела вдаль, как и многие-многие поколения людей до нее, но в отличие от них зная, что звезды, во всяком случае некоторые из них — вполне достижимы. Однако то первобытное ощущение себя даже не букашкой, нет, мыльным пузырем в масштабах мироздания, по-прежнему сохранялось. И Мира, очарованная вселенной вокруг, поделилась этими соображениями с Бобби.

Механик же воспринял все в традиционной для него манере:

— Мыльные пузыри, говоришь? Пф-ф-ф! Заметь — разумные мыльные пузыри! А это не одно и то же! Вон уже сколько галактик намылили! А то ли еще будет!

Впрочем, пилот бы удивилась, если бы Бобби рассуждал как-то по-другому. Романтика, если и жила внутри этого здорового весельчака, то всегда уступала место практичности. Поэтому пилот лишь улыбнулась и, пропустив Снежка вперед, влетела в шлюзовую камеру.

Наверное, если бы регламент позволял, Мира бы заснула прямо в отсеке со скафандрами, сразу после переодевания. Но как-то уж очень не хотелось показаться перед остальным экипажем слабачкой, так что, собрав последние крохи силы воли, пилот доползла до личной комнаты. Стивен сегодня дежурил в кабине, а в такие дни Мира обычно спала у себя. Не нравилось ей оставаться одной в капитанской каюте — как-то особенно холодно там без любимого и не спится. Так что пилот глотнула две капсулы «Компенса» — препарата, специально разработанного для людей, выходящих в открытый космос, чтобы избежать побочных эффектов, и отключилась.

Однако буквально посреди глубокого, лишенного сновидений сна, Мира резко вскочила от заоравшей ни с того ни с сего в комме музыки. Во второе мгновение она уже поняла, что это будильник, и села на постели.