Книга Тайна призрачного доспеха, страница 17 – Елизавета Берестова

— Вы абсолютно правы, — проговорил Вил, — сто лет назад для древесно-рождённого было лишь одно направление для приложения сил — служба Кленовой короне. А уж по статской службе идти, или же выбрать военную, каждый решал для себя сам. Но сейчас дела обстоят иначе. Это правило, столетиями определявшее жизнь древесно-рождённых, забыто. Мой старший брат, к примеру, руководит Кадетским морским корпусом, то есть технически Кино́скэ Окку — директор школы для мальчиков, то есть — самый обыкновенный учитель, — развёл руками коррехидор, — я служу. Мой отец — глава Дубового клана, между прочим, тоже не гнушается заниматься делами. Вы ведь знаете, что Окку много лет владеют обширными фермами по разведению уникальных оккунарских свиней. Если бы сэр Гевин передоверил дела управляющему, а сам безвылазно сидел в нашей столичной резиденции, — Вил покачал головой, — род Окку не был бы столь богат. Более того, полагаю, мы давным-давно разорились бы и пошли по ми́ру. Так что, нет и не может быть ничего зазорного в том, чтобы руководить работой кондитерской фабрики, принадлежащей вашему роду.

— Слыхал? — прищурился старший Донгури, — сам глава нашего клана трудится, его высочество служит, так что замолкни и выкинь из головы дурацкие идеи по переезду в столицу. У нас и так на фабрике недостача, а уж если ты поселишься в Кленфилде, просто не знаю, что я стану делать с проклятой бухгалтерией. Твоё место тут — он выразительным жестом ткнул пальцем по направлению пола, — в родном замке!

— В унылой глуши, в старом строении со щелями в стенах, сквозняками и удобствами позапрошлой эпохи, — словно бы в пустоту проговорил парень, — холод, мрак, пустующие этажи и беспросветная тоска.

— Да как ты смеешь оскорблять благородное строение, в котором жили поколения твоих славных предков! Особенно теперь, когда неукротимый дух самого Масы Донгури оказал нам честь.

Сын испустил долгий красноречивый вздох.

— Твоя ирония неуместна и оскорбительна, особенно в свете того, что и ты сам удостоился внимания благородного предка, — проговорил его отец, — как бы Маса-доно́ не рассердился на тебя за подобное пренебрежение.

Леди Амита бросила острый взгляд на чародейку и сделала едва заметное движение бровями, давая понять, что настал удобный момент расспросить мужа о призраке. Рика столь же незаметно кивнула и вступила в разговор.

— Меня с профессиональной точки зрения очень заинтересовали ваши слова о призраке славного предка, — проговорила она, — я не слишком затрудню вас просьбой посвятить меня в мельчайшие подробности ваших встреч?

— Исполню вашу просьбу с огромнейшей радостью, мистрис Таками, — широко улыбнулся Донгури-старший, — к несчастью, человек редко находит понимание в семье, среди близких. Стоит случиться экстраординарному событию, ломающему рисунок обыденности, и всё! Тебя записывают в оригиналы, ты слывёшь чудаком, а некоторые, — он многозначительно поднял бровь и поглядел сначала на жену, потом на сына, — начинают за твоей спиной переглядываться, а то и вовсе — крутить пальцем у виска. Хвала богам, что существуют ещё в подлунном мире чародеи, которым не наплевать на избранных, коих почтили своим вниманием души умерших славных предков!

— Осталось лишь наполнить бокалы провозгласить: «Так выпьем же за чародеев!», — пробормотал Дарко, но его отец пропустил колкость мимо ушей.