Книга Тайна призрачного доспеха, страница 51 – Елизавета Берестова

На это возразить Рике было нечего. Она отличнейшим образом знала, насколько рассудительные и приземлённые люди могут до умопомрачения бояться покойников и смерти, не говоря уж о призраках и ёкаях. Так что обморок баронессы тогда был вполне оправдан. И всё же леди Амита проявляла откровенное небрежение в отношении как живого, так и мёртвого мужа. Об этом девушка не преминула сказать коррехидору.

— Согласен, — чуть наклонил голову четвёртый сын Дубового клана, — и это не совсем обычное поведение наталкивает на подозрения. Браки по сговору, подобные браку Амиты Донгури, практически всегда выливаются в адюльтеры. Причём с обеих сторон. Жена убитого могла пожелать свободы, встретила, например, свою последнюю, страстную любовь.

— А вы, милорд, оказывается, романтик.

— Моё предположение не имеет никакого отношения к тому, являюсь я романтиком или же нет, — дёрнул бровью Вил, — просто обыкновенная житейская мудрость. Леди Амита — женщина привлекательная, хотя ей уже явно за сорок. Многие мужчины с удовольствием завели бы с ней интрижку.

Рике вспомнилось правильное, слегка удлинённое, лицо баронессы, обрамлённое вьющимися прядями густых волос, и чародейка была вынуждена признать правоту собеседника. Такая женщина может нравиться, и в юности, и в зрелости она никогда не была обделена мужским вниманием. Но убить? Четверть века прожить в браке, а затем зарезать супруга самурайским мечом? С какой стати она стала бы делать это? Для жены гораздо больше подошёл бы яд. Избыточная доза снотворного, которое вызвало бы долгий в полном смысле этого слова сон. Или банальная бледная поганка, отравление которой нередко принимают за острое пищевое, осложнённое приступом разлития желчи.

Но главное — зачем творить подобное именно тем вечером, когда в твоём замке находятся два офицера Королевской службы дневной безопасности и ночного покоя при исполнении. Умная жена (а госпожа Донгури уж никак не производила впечатления дуры) выбрала бы для убийства другое, более удобное время.

Все эти соображения чародейка высказала вслух.

— Пока у нас слишком мало информации, — проговорил Вил, — мы всего лишь прикидываем, кто и почему убил господина Донгури. Предварительные, так сказать, соображения.

— А у вас есть предварительные соображения о том, КАК убийца вошёл, а главное, как вышел из запертого кабинета? — серьёзно спросила девушка.

— Войти-то он мог элементарно, — ответил коррехидор, — убитый сам мог впустить его, или же тот вошёл в незапертую дверь. Я склоняюсь именно к этому. Мало кому взбредёт в голову причуда запираться изнутри, собственноручно впуская и выпуская посетителей. А вот с выйти, проблема, и её нам ещё предстоит решить.

Коррехидор отвёз Эрику домой, наказав быть готовой завтра к восьми часам утра.

— Я заеду за вами, это по дороге в Желудёвый замок. В коррехидорию вам приходить незачем, — проговорил четвёртый сын Дубового клана на прощанье.

Однако ж заехать в коррехидорию им всё же пришлось. Рике нужно было взять с собой всё, что могло пригодиться для расследования на выезде.

Лёгкий морозец порадовал подмёрзшей дорогой и заголубевшим, наконец, после унылых осенних дождей небом. Рика чувствовала себя полностью отдохнувшей и полной сил. Её спутник, напротив, постоянно зевал, отворачиваясь к окну, был скованным и каким-то вялым.