Книга Проклятие пикси, страница 127 – Елизавета Берестова

И вот теперь опять этот резкий удушливый запах, с которым связаны не самые приятные в жизни воспоминания. На пробке имелась стеклянная палочка, и Рика легко накапала двадцать две капли. Мерзкая жижа из перетёртых рыбьих кишок и порошка семян подорожника вскипела коричневой пеной.

— Размешай палочкой по часовой стрелке и добавь телесные жидкости объекта, — приказала госпожа Таро.

Рика вынула пузырёк с каплей слюны и салфетку со следами крови. Графиня Сакэда мужественно ткнула палец иглой для вышивания и накапала кровь на салфетку. Используя маленькую жаровню, чародейка сожгла салфетку и светлую прядь волос леди Элеонор. К удивлению коррехидора, всё это вспыхнуло наподобие маленького фейерверка и осело скудной кучкой пепла.

Для изменения голоса Рике пришлось сделать несколько глотков талой воды, той самой, которую накануне отпила леди Элеонор. Вода вместе с пеплом отправилась в кубок.

— Размешай содержимое девять раз, — продолжала давать указания госпожа Таро, — и прочти вторую половину заклятия единения, это сразу после слова «даро». Вилохэду было прекрасно видно, как от содержимого кубка начал подниматься лёгкий пар, и по мере произнесения заклятия на языке, который был совсем не знаком коррехидору, пар сгустился, замерцал, а с последними словами резко втянулся назад.

Едва заметное голубоватое свечение указывало на готовность зелья.

— Неужели Эрике предстоит выпить это? – не удержался Вилохэд. Отвратительный запах содержимого кубка отчётливо чувствовался даже на расстоянии.

— Нет, — губы госпожи Таро тронула уже знакомая, еле заметная улыбка, — но вам, милорд, увы, не придётся увидеть превращение. Вам предстоит подождать за дверью, пока я стану наносить на тело моей бывшей студентки необходимое количество знаков. Для этого ей придётся раздеться, а вам, господин граф – покинуть нас.

Вилохэд кивнул и отправился в коридор. Там он полюбовался из окна погружённым в зимнее безмолвие садом, дошёл до поворота, где из полумрака ниши выступала необычная статуя. Высокая женщина со свитком в руке куталась в складки старинного платья. Пальцы, сжимающие свиток, вместо ногтей заканчивались птичьими когтями, лицо плавно перетекало в голову филина с круглыми глазами, загнутым клювом и перьевыми ушками. Это была статуя богини Рари́он – покровительницы медицины. На постаменте стояла старинная ваза со свежесрезанными розами и лежали три дохлых мыши, связанные хвостами, — подношение богине.

— Можете входить, — декан Таро приоткрыла дверь и сделала приглашающий жест.

Вил шагнул через порог и замер: у стола, чуть склонив голову набок, стояла леди Элеонор Сакэда. Правда одета она была в чёрное платье со шнуровкой по корсажу, напоминающее платье горничной, полосатые чулки и туфли на толстенной подошве. Вил отлично понимал, что перед ним – его коронер, чародейка Эрика Таками под личиной графини, но превращение просто ошеломляло. Всё, всё, и волосы, золотистые в молодости, а теперь выбеленные благородной сединой, и контрастирующие с ними тёмные брови с характерными морщинками над высокой переносицей (леди Элеонор имела привычку хмуриться), и красиво очерченные губы с чуть опущенными уголками полностью и без сомнения принадлежали графине Сакэда.

— Что скажете, малыш Вилли, — попадание в интонацию и артикуляцию было абсолютным, — надеюсь, вы остались довольны работой своей молодой коллеги?