Книга Волшебная зима в Оккунари, страница 72 – Елизавета Берестова

— Мозгоправ, не стоит делать со мной то, что ты пытаешься в данный момент, — проговорил Янг с улыбкой делийского божества, находящегося в полнейшей гармонии с миром, но при этом от его слов коррехидору стало не по себе, — ты же знаешь, как наш храм относится к подобным экзерсисам.

— Знаю, — огрызнулся Нодивара, — можешь не напоминать, — но я в тупике. Храму нужна эта, мать их, птица или нет?

— Даже не стану повторяться, ты и сам прекрасно знаешь, насколько реликвия Шимон важна и необходима, — не меняя зловеще-доброжелательного тона ответил Янг.

— Другого варианта просто нет, — артист нервно встал и снова опустился на кровать, — вокруг двимерит. Вор был в курсе, поэтому и приехал сюда. Отыскать нефритовую фигурку, меньше фута размером, в пещерах, шахтах невозможно. Можно потратить десятилетия и ничего не найти. Я уж не говорю о банальном дупле в лесу либо охотничьей хижине. Взять – элементарно, а вот найти – почти невозможно. Я повторюсь, тот кто увёл ласточку из храма – далеко не дурак.

— А каково мнение коронера его величества? – Янг обратился к Рике.

Чародейка не совсем поняла суть конфликта, поэтому постаралась ответить как можно более дипломатично. Тут как раз к месту пришлись наставления матери о том, что воспитанная артанка должна избегать прямолинейных высказываний, оставив их на долю мужчин. Она должна уметь обличать собственное мнение в такие формы, чтобы при любом исходе дела оставаться правой.

— Мне кажется, — начала она с долженствующей фразы, — оба мнения имеют право на существование: господин Янг, как представитель храма Шимон, определяет методы и приёмы дознания, а господин Нодивара, как практикующий чародей, предлагает самые эффективные способы добиться желаемого результата.

— Слушай, — нахмурился Вил, не смотря на одобрительный смешок Янга, — чего это ты перешла на дурацкую бабскую дипломатию? Если нечего сказать по существу, так и отвечай, а разводить политесы не время и не место.

Рика зыркнула на младшего Окку. Было весьма обидно, что он разговаривает с ней, как с нерадивой младшей сестрой.

— Если открывать свои намерения, — пришёл ей на помощь артист, — то начать нужно с меня. Я виноват, что напустил туману. Это извинительно. При моей работе всегда лучше говорить окружающим минимум информации. А привычка, как вам известно, господа, очень легко входит в нашу плоть и кровь. Позволишь приоткрыть завесу храмовых тайн? – последняя фраза относилась уже к Янгу, — девочка сильна. Я ощутил каплю ауры в прошлый визит. Может и выйдет что.

Янг помолчал, прикрыв глаза, как человек, испытывающий глубокую усталость, посидел так несколько мгновений и кивнул.

— Хорошо, только не переходи грань. Не переборщите.

— Понял, — кивнул артист, — я проведу ритуал на собственной крови.

Он снизу вверх поглядел на коррехидора.

— Если его сиятельство это шокирует, или вы не выносите вида человеческой крови, вам лучше выйти вон. Спуститесь вниз, выпейте гадкого желудёвого пойла, пообщайтесь с другом. Иначе вы станете нам с госпожой некроманткой серьёзной помехой.

— Благодарю за заботу, но, пожалуй, воздержусь от выхода из комнаты, — чуть изогнул бровь Вил, — вид крови человеческой или животной меня ничуть не шокирует. Я предпочту быть рядом с Эрикой. Так, на всякий случай.