Книга Сны куклы, страница 22 – Елизавета Берестова

Наконец, они вышли в холл и встали в хвост долгой очереди в гардероб. Там три хорошеньких сотрудницы суетились, выдавая зрителям верхнюю одежду. Возле гардероба стоял осанистый пожилой мужчина в парадном сюртуке с белоснежной хризантемой в петлице. Он носил небольшую бородку по заморской моде, а его густые слегка вьющиеся волосы уже основательно тронула седина.

— Господин Рэйнольдс, ваше представление божественно, просто божественно, — восклицала женщина, рядом с которой, потупив глаза, стояла взрослая дочь, — нет сил сдержать восхищение! До слёз, до мурашек, до самого сердца! Вы просто волшебник, господин Рэйнольдс, самый настоящий волшебник, властвующий над душами и чувствами зрителей.

— Польщён, — чуть поклонился владелец цирка, — тронут и весьма благодарен за столь высокую оценку моего скромного труда, — тут чародейка заметила, что он опирается на элегантную трость с оголовьем в виде оскаленной морды борзой собаки, — всегда рад видеть вас снова.

Толпа унесла женщину прочь. Владелец «Лунного цирка» не без удовольствия оглядывал переговаривающихся людей, явно впечатление от спектакля его устраивало. Взгляд светло-карих глаз из-под поседевших бровей выхватил высокую фигуру четвёртого сына Дубового клана. Рэйнольдс подошёл к ним и поклонился:

— Ваше сиятельство, — последовал ещё один почтительный поклон, — я счастлив видеть у себя представителя одного из самых влиятельных древесных кланов Артании. Сожалею, что здание, которое мы снимаем, несколько не приспособлено для столь уважаемых гостей. Нет лож, и потолок низковат. Скоро, я надеюсь, мы переберёмся в более подобающее место, и тогда вы сможете в полной мере оценить и другие наши постановки.

— Возможно, — ответил Вилохэд, мгновенно приобретая вид пресыщенного отпрыска аристократического рода, — весьма возможно.

— Передайте вашему уважаемому батюшке мои самые нижайшие извинения за неудобства, которые вынуждены по моей вине терпеть представители Дубового клана, — проговорил владелец цирка уже почти им вслед.

— Наконец-то, — вздохнул коррехидор, когда они оказались на улице, — больше всего я ненавижу долгие очереди, чтобы получить назад своё пальто. Почему не придумают отдельный гардероб для древесно-рождённых? Впрочем, когда будет готова ложа, раздеваться можно будет прямо там.

— Не думаю, что захочу ещё раз смотреть всё это, — Рика выразительно взглянула на освещённую афишу. Мешанина оперы и цирка мне не по душе. Лучше уж по отдельности. Да и пьеса слабовата.

— А что скажете по поводу хозяина? По-моему, весьма импозантный тип.

— Я почему-то считала, что подобными увеселениями занимаются люди помоложе. Господину Рэйнольдсу лет семьдесят. Хотя держится он хорошо. Вы заметили, какая у него осанка?

Вилохэд ответил, что как раз на осанку внимания не обратил.

— Совершенно прямая спина, — разъяснила чародейка, — такое бывает у бывших военных, танцоров, циркачей и любителей спортивных упражнений. Не удивлюсь, что господин Рэйнольдс начинал с самых низов, если до столь почтенного возраста сумел сохранить идеальную фигуру.

Вил предложил посидеть ещё в каком-нибудь ресторанчике, но Эрика отказалась.

— Завтра на работу, — сказала она, — вспомните приказ его величества. Нужно пораньше лечь спать, чтобы завтра с новыми силами взяться за расследование. Не хочу чувствовать себя бесполезной дурой на следующем докладе.