Книга Сны куклы, страница 25 – Елизавета Берестова

— Поясните, — попросила девушка, — разве для вашей деятельности требуется специальное разрешение? — она была далека от всех этих театральных дел.

— Естественно, но этот нюанс известен мало кому за пределами гильдии. Вы можете гастролировать в любом городе невозбранно, если время гастролей не превышает нескольких месяцев. А для постоянной работы требуется лицензия. Стоимость её не столь уж высока, но бюрократической волокиты и соответствий множеству порой противоречивых требований в достатке. Перекупить чужую лицензию проще и спокойнее.

— У вас в «Весёлом вечере» были конфликты? — Рика отлично помнила рекомендации по расследованию убийств. Следовало проверить все возможные мотивы и всех людей, так или иначе связанных с жертвой.

— Я не берусь говорить за всю труппу, — Хэмсвил почесал гладко выбритую щёку, — но с сам Акито ни с кем вроде бы не конфликтовал. Ругань и раздоры случаются в любом коллективе, тем паче, в театральном. Не даром же нас за глаза называют «серпентарием единомышленников». Артисты — люди своенравные, нервные, не так редко с завышенной самооценкой. Но вот, чтобы убить хозяина, да ещё столь жестоко, — тут нужен повод посерьёзнее обычных производственных склок.

Чародейка была с ним согласна. Из-за рутинных рабочих разногласий человека ни пытать, ни убивать не станут. Если только кого-то абсолютно не устраивала продажа театра.

— Это очень вряд ли, — отмахнулся директор труппы, — будь владельцем Касл или кто другой, на рядовых сотрудниках это особо никак не скажется. Ну, репертуар перетрясут, распределение ролей измениться может, и всё. Распустить труппу Рэйнольдс не сможет по контракту, это обязательным пунктом в договоре о продаже прописали. Что касательно жалования артистов, так у нас в последнее время с деньгами совсем туго было, так что успешное начальство скорее в плюс пойдёт. Нет, госпожа Таками, вы можете даже не копать в этом направлении.

Рике вспомнились «ночные прослушивания», о которых упоминал управляющий убитого, и она спросила, не заставлял ли убитый актрис и претенденток к оказывать ему услуги любовного характера?

— Так было, есть и будет всегда, — уверенно заявил Хэмсвил, — обычное дело. Но Акито был не из тех, кто заставляет или принуждает. И кого принуждать-то? Нравственность наших сотрудниц? Вы шутите! Они сами ищут богатых покровителей, а уж закрутить шашни с режиссёром или владельцем театра — обычное дело. Касл пользовался, конечно, своим положением. И я пользуюсь. Но он никого не обижал и не принуждал.

— Артистки — понятно, — не унималась чародейка, — но вдруг у кого-то был не доволен муж, отец, брат? Вы не слышали о подобном?

— Нет, уверяю вас, вы ищете не в том направлении. Актёрская профессия не располагает к целомудрию.

— Вы сами в каких отношениях были с убитым? — спросила она после секундной заминки.

— Я бы не назвал нас с Акито закадычными друзьями, — заметил Хэмвил, — мы приятельствовали, общались, выпивали вместе.

— Вы не замечали чего-нибудь странного или необычного в поведении господина Касла в последнее время? — спросила Рика. Ей хотелось найти хоть малюсенькую зацепку для того, чтобы начать полноценное расследование.

— Странности? — переспросил собеседник, как обыкновенно делают люди, когда им необходимо собраться с мыслями, — особо выраженных странностей я не заметил. Разве что Акито был угнетён сильнее обычного. Он никогда особым позитивом не отличался, но вот на минувшей неделе вообще духом упал. Я подумал, что это из-за продажи заведения. Как-никак он наш «Вечер» сам двенадцать лет назад отрыл, ещё совсем молодым человеком. Я пригласил его выпить. Спросил, мол, жаль ему, наверное, со своим детищем расставаться?