Книга Смертельная Шпилька, страница 36 – Елизавета Берестова

— Я просто пытаюсь рассмотреть все возможные варианты, — огрызнулась Рика, — месть отвергнутого кавалера — вполне себе стоящий мотив. При этом неважно, попадёт по леди Камирэ удар или нет. Репутация Эдаби Тибы будет погублена навсегда. Да что там репутация! Девицу ждёт тюрьма. Там в её распоряжении будет довольно времени поразмышлять, так ли плох был брак с Шоном Крейгом. А для этого ему и надо-то всего-навсего найти чародея, который поместит в конфеты запрещённое заклятие. Вы ведь не считаете, что все маги — сплошь люди высоких нравственных качеств и незыблемых моральных устоев? — она вернула коррехидору издёвку назад.

— Естественно, нет. Я лет в тринадцать окончательно утратил веру в лучшие побуждения людей и их высокие идеалы, — пропустив колкость мимо ушей, продолжал Вил, — однако ж среди ни среди гостей, ни среди прислуги я не видел никого, похожего на Шона Крейга. Парень высок, тощ и обладает огненно-рыжей шевелюрой. Ему не просто затеряться в толпе. Ведь, насколько я понял из ваши объяснений королю, тот, кто угостил Тибу заряженными заклятием конфетами, должен был сам и приказывать ей сделать то или иное действие?

— В теории, да, — неохотно согласилась чародейка, — а на практике я не знаю, какое именно за заклятие было в конфетах.

— Так проверьте, — он кивнул на пакет от Торгового дома Картленов, который девушка продолжала сжимать в руке.

— Без инструментов? Без зеркала Пикелоу? — картинно удивилась Рика, — просто так на коленке определить содержание хитрого инкапсулированного заклятия, да ещё сработавшего? Не думаю, что у меня выйдет что-то путное.

— Тогда давайте взглянем на труп дайнагона, — предложил коррехидор, — надеюсь, это поможет мне сложить воедино все части пазла.

— Впервые слышу от вас предложение взглянуть на труп, вы явно развиваетесь, — засмеялась чародейка, — хоть я и не вижу в этом ни малейшей необходимости, но охотно стану потворствовать вашим новым наклонностям.

Труп маркиза Буны положили на лёд в одной из холодных кладовых. Рика с некоторой опаской замкнула внутренние магические цепи — действие, совершенно необходимое для любого, даже самого маленького колдовства, и на мгновение зажмурилась. Боялась, что система защитных амулетов замка всё-таки сработает. Но было тихо. Девушка, наколдовав себе на руках защитную плёнку, откинула ткань, которой был прикрыт труп.

Кровь на лице маркиза Буны уже успела застыть, а шпилька с цветком магнолии всё ещё торчала из глазницы.

— Поскольку смерть произошла при большом стечении народа, — с привычной деловитостью сказала чародейка, — то нет смысла в дополнительных исследованиях относительно времени её наступления.

Она протянула руку и провела ею над трупом от макушки до пят. Ни малейшего дуновения магии не ощущалось, дайнагон был убит самым что ни на есть банальным физическим образом.

— На нём магии нет, — Рика вытащила шпильку из глазницы, — видите? — перед лицом Вилохэда оказался весьма острый конец серебряной шпильки для волос, по крайней мере дюйма на три выпачканный кровью и мозгом.

— Вижу орудие убийства, только не понимаю, куда вы клоните?

— Шпилька вошла в мозг, — пояснила чародейка, — вошла практически под прямым углом. Удар был ну удивление точным и абсолютно смертельным, разумеется. У вас и теперь что-то не складывается? Вил обошёл труп вокруг. Он подумал, что начинает привыкать к виду мертвецов: по сравнению с запытанным раскалённым железом владельцем варьете из предыдущего дела, маркиз Буна производил впечатление вполне спокойного и мирного трупа. Даже на вытекший глаз четвёртый сын Дубового клана взирал с завидным безразличием.