Книга Смертельная Шпилька, страница 44 – Елизавета Берестова

Вил хотел было заверить, что они с Рикой делают всё возможное, но сдержался. Король явно впадал в уныло-раздражённое состояние, и с ним лучше было вообще не разговаривать.

— И коньяк кончился! — воскликнул он, потрясая пустой бутылкой, — а я теперь опасаюсь пить что-либо из чужих рук.

— Ваше величество, — едва заметно поклонился сэр Гевин, — я привёз из Оккунари превосходный коньяк. Надеюсь, мои руки у вас подозрений не вызывают? Я с большой радостью презентую вашему величеству бутылочку.

Король Элиас побарабанил пальцами по подлокотнику кресла и милостиво решил принят дар.

Рика и Вил тоже откланялись.

— Отец, — заговорил коррехидор по дороге, — как при дворе получают должность дайнагона?

— Обычно её занимает старший советник, правая рука предшественника, эдакий заместитель, — ответил сэр Гевин.

— И давно ходит в заместителях нынешняя правая рука покойного маркиза?

— Не знаю, — пожал плечами герцог, — лет двадцать, может, чуть поменьше. Точно не помню. А вы, что и барона Ра́йдена подозреваете?

— Нам надлежит проверить все возможные версии, — уклонился от прямого ответа коррехидор, — ведь должность дайнагона желанна для многих древесно-рождённых?

— Как бы тебе объяснить, — сэр Гевин даже остановился, — я бы не сказал, что она столь желанна. Я вот, к примеру, не согласился бы на неё ни за какие блага. Как бы там ни было, а дайнагон — первый среди слуг его величества. Не все древесно-рождённые пойдут на то, чтобы стать слугой, пускай даже и первым. Джеку Райдену на мой взгляд куда спокойнее быть заместителем, чем дайнагоном. Ему за пятьдесят, он, конечно, по молодости лет был вспыльчив и много дрался в поединках, но возраст взял своё, Джек порастерял былой задор и остепенился. Я немного знаю его, и могу сказать с уверенностью, этот скорее вызовет на дуэль и зарежет обидчика, как свинью, нежели станет заморачиваться с вычурным планом управлять кем-то через заколдованные конфеты.

Сэр Гевин вошёл в покои Дубового клана, и из-за двери раздалась ругань — отец коррехидора распекал слуг, коротавших время за карточной игрой.

Вил присел на банкетку в коридоре.

— Итак, мы с вами снова оказались в первоначальной точке расследования, — грустно констатировал он, — просто проклятие какое-то! Ходим по кругу: убили, но непонятно почему, поскольку явной выгоды от смерти генерала Буны никто не получает. Врагов у него не было, в дурных наклонностях он не отметился. Если честно, у меня совершенно нет идей.

— Мне бабушка всегда говорила, что ничто так не рассказывает о человеке, как его собственная комната, — со значением заявила Рика.

— Сдаётся мне, — улыбнулся Вил, — что таким образом ваша бабушка побуждала вас почаще убираться в своей спальне.

— Вовсе нет, — мгновенно взъершилась девушка, — в пособии по криминалистике тоже рекомендуют проводить осмотр личных вещей и мест проживания как подозреваемого, так и жертвы.

— Отлично, — проговорил коррехидор, вставая, — идёмте в покои дайнагона.

На их счастье в полутёмном ночном коридоре им попался слуга.

— Милейший, — обратился к нему Вил, — потрудитесь указать нам дорогу к покоям маркиза Буны.

— Маркиза Буны? — зачем-то переспросил несколько растрёпанного вида парень, — это который дайнагон?

— Поразительная наблюдательность, — усмехнулся коррехидор, — так что? Я жду.