Книга Великосветское убийство, страница 113 – Елизавета Берестова

— Я тоже слышал о делийских сундучках с секретом, — проговорил коррехидор, — но слышал при этом так же и о том, что открыть подобное очень даже не просто. Некоторые образчики лаковых шкатулок так и остались наглухо запертыми, причём делийцы не без гордости заявляют, будто бы во всём этом напрочь отсутствует магия.

— В нашем случае тоже, — Рика так и сяк поворачивала деревянный храм с алой крышей в надежде отыскать спрятанную пружину, — я весьма восприимчива к магии. Определить, что именно применялось, мне, конечно, не под силу, но вот само наличие чар почувствую. Здесь чисто, секретное отделение спрятано самой, что ни на есть незамутнённой инженерией.

— Можно ли каким-нибудь образом открыть шкатулку? — обеспокоенно спросила госпожа Харада, — вдруг злосчастное письмо Барта по-прежнему находится в ней.

— Есть у меня одна задумка, — проговорила чародейка с хитрым видом, какой обыкновенно указывал, что ей в голову залетела интересная идея, — госпожа Харада, у вас найдётся пара свечей, настольное зеркало и, — она оглянулась по сторонам, — вы случайно не держите птицы в клетке?

— Держим, — кивнула госпожа Харада, — пару попугайчиков. А что?

— Пожалуйста, принесите мне хотя бы одно крошечное пёрышко, — Рика водрузила шкатулку на стол, отодвинув в сторону вазу с фруктами вместе с циновкой, на которой та стояла, — а лучше — два.

Томо Харада с достоинством кивнула, вышла и возвратилась со всем необходимым, не без отвращения держа двумя пальцами крошечные попугайские пёрышки: голубое и зелёненькое.

— Я воспользуюсь пепельницей? — чародейка поставила пепельницу возле деревянной шкатулки-пагоды, зеркало вкупе со свечами разместилось чуть дальше, таким образом, чтобы она отразилась в ней во всей красе, — не пугайтесь, я вызову фамильяра.

— Госпожа Харада, — сказал Вил, осторожно беря под руку хозяйку дома, — лезть под руку чародею, творящему заклинание, категорически не рекомендуется. Опасно для жизни, — добавил он со своей неотразимой улыбкой, и сразу стало ясно, что он шутит.

Рика выпустила на волю Таму. Черепу бывшей трёхцветной хвостатой любимицы очень не понравилось, что коррехидор сидит на диванчике в обществе незнакомой молодой женщины. Фамильяр недобро блеснул фиолетовыми искорками, тлевшими в глазницах, в их сторону и нехотя подлетел к Рике.

В пепельницу упали пёрышки, чешуйки коры большого фикуса с отливающим в фиолетовый цвет листьями, а в качестве связующего элемента чародейка использовала несколько капель сока манго. Потому, какое количество этих дорогих по весенней поре фруктов наличествовало на приёме в минувшую субботу и было в вазе сейчас, можно было с уверенностью утверждать, что манго очень даже по вкусу кому-то из обитателей дома. После этого девушка посадила крылатый череп на ладонь, сама примостилась на стуле и свободной рукой возожгла в пепельнице ингредиенты будущего ритуала. Свечи вспыхнули сами собой.

Хотя Вилохэд уже много раз видел, как колдует его коллега, он всегда с неизменным интересом следил за ритуалом; для жены министра финансов такое было впервые. Томоко замерла на месте, прижав к груди крепко сцепленные руки. Тем временем в пепельнице занялось зеленоватое пламя, с шипением выпуская в воздух клубы странно пахнущего дыма, количество коего никак не вязалось с ничтожным содержимым пепельницы в виде раковины морского ежа.