Книга Великосветское убийство, страница 49 – Елизавета Берестова

Тимоти было плохо: стена, обшитая панелями из палисандра, норовила уплыть куда-то вбок, из желудка поднималась дурнота, и держать за головой сцепленные в замок руки становилось всё труднее. В какой-то момент его просто вырвало.

— Вот это номер! — расхохотался мужчина в кресле, — с вами поневоле поверишь в чувство юмора богов. Даже виски, что вы украли и беззастенчиво влили в себя, не пожелали оставаться в желудке столь ничтожного человека. Спасибо вам, низкий поклон. Вы представляете, насколько въедается блевотина в циновки? Ничем теперь не оттереть. Ткнуть бы в неё тебя, парень, словно блудливого пса, напрудившего лужу в гостиной!

Не успел он закончить, как в окне блеснул свет от фар магомобиля, послышался характерный звук мотора. Сначала это был тихий рык — подъехал коррехидор, потом знакомое фырканье бывшего фургончика «Турада — перевозки в радость», подаренного отцом Тимоти Королевской службе в качестве извинения семьи за художества старшего сына в Часовой башне.

— Открыто, заходите, — выкрикнул в окно мужчина с ружьём, — я с грабителями в кабинете.

Скоро, очень скоро в совмещённый со спальней кабинет господина Сюро вошёл Вилохэд, чародейка (вот уж кого Турада хотел бы видеть в самую последнюю очередь) и сержант Мелллоун.

У нас, что больше некому на происшествие выехать, — промелькнула в его голове тоскливая мысль. Он вдруг остро осознал, что и его авторитет, и репутация окончательно погублены после того, как эти двое увидели его на коленях в подштанниках рядом с отвратительно пахнущей лужицей рвоты.

— Что у вас случилось, Мичия? — спросил Вил, не узнавший в полуголом парне своего адъютанта.

— Докладываю, господин полковник, — Мичия опустил дробовик, — воры-извращенцы. Забрались около полуночи в дом, разделись, творили в спальне и кабинете господина всяческие развратности, а потом этот, — небрежный кивок в сторону старательно прячущего лицо Турады, — налакался спиртного и сидел в коридоре. А она — кивок в адрес занавесившей волосами лицо девушки, — рылась в секретере и добралась до шкатулки, где хозяин хранил деньги с карточных выигрышей. Я задержал обоих. Не бил.

— Хорошо, Мичия. Вы проявили похвальную бдительность и расторопность.

— А то как же, ваше сиятельство, иначе и быть не могло. Меня ж госпожа Харада попросила за домом приглядеть, покуда она наследование за братом оформит, и дом для продажи выставит. И правильно сделала! Нескольких дней не прошло, как эти нарисовались. Не будь меня на месте, обнесли бы дом, как пить дать, обнесли.

— Господа грабители, извольте встать с колен и повернуться, — Вил уселся в кресло, которое ему уступил управляющий.

Ноги у Турады подкашивались, он покачнулся. Чтобы не упасть, ему пришлось навалиться плечом на стену.

— Турада⁈ — не удержал удивлённого возгласа коррехидор, — а с вами… Меллоун, потрудитесь освободить второго фигуранта от парика. Глазам не верю, сам господин Руко Нори — известный в столице журналист, собственной персоной и в столь соблазнительном неглиже.

— Ты? — Турада даже протрезвел от неожиданного поворота событий, — так ты — парень⁈

— Тимоти, — твёрдо проговорила бывшая Орита, — я вам потом всё разъясню.

— Не надо мне никаких твоих разъяснений, прохвост! Не желаю ни видеть тебя, ни слышать!