Книга Кровавая ария, страница 42 – Елизавета Берестова

— Понятно, любопытная история.

— Кока полагает, что и в нашем случае возможно нечто похожее. Это её вторая версия о театральных бедах. Артисты боятся говорить об этом, дабы не навлекать не себя гнева Призрака.

— Ерунда, — заклеймила версии Руко Нори чародейка, — типичный журналистский бред, навеянный желанием прославится. Хотите я камня на камне не оставлю от Призрака?

— Сделайте одолжение.

— Итак, — серьёзно начала Рика, — сначала о первоисточнике: Призрак выжил в самой гуще пожара? Крайне маловероятно, но возможно. Скрыл своё уродство под маской, тоже возражений не вызывает. Мог заказать, купить, случается. Затем – обитание в катакомбах целых двадцать лет. А что он там ел? Где жил? И главный вопрос: на что? Ведь после того, как человека объявляют погибшим, все банковские счета либо закрываются, либо передаются наследникам. Сам артист в маске или же без оной не имел ни малейшего шанса получить хотя бы сэн из своих сбережений. Так что легенда пускай остаётся легендой. Теперь об Артании. Никаких катакомб в Кленфилде нет, слишком уж часто у нас происходят землетрясения, — это раз. Даже двадцать лет скрываться по подземельям и вершить месть непросто, а в нашем случае речь идёт более чем о сотне лет. Ни один человек не может прожить столько – это два. Не говоря уже, об отсутствии пожаров, цунами и прочих катаклизмов, которые бы затронули Королевскую оперу. Таким образом версия мести некоего обиженного на весь белый свет Призрака тоже отметается.

— Эрика, вы великолепны, даже когда сердитесь, — улыбнулся Вил, — действительно, не оставили камня на камне от версии нашей приятельницы. Но сие не отменяет ни периодических несчастных случаев в театре, ни уж, тем паче, смерти Эйдо Финчи, о расследовании которой нам с вами в пятницу предстоит докладывать его величеству.

Рика задумалась и внезапно почувствовала стыд. Она поддалась личным чувствам к журналистке и принялась выискивать несоответствия в её статях. Статьях! «Тоже мне, — подумала с горечью девушка, — нашла подходящее занятие! Открыла в себе талант литературного критика вместо того, чтобы искать любые зацепки для расследования. Думай, Эрика Таками, думай! А что, если поискать рациональное зерно в подозрительно попахивающей выдумкой куче рассуждений Коки Нориты, что у нас есть?»

На ум в первую очередь пришла регулярность несчастных случаев, оканчивающийся смертью. Острый, тренированный разум некромантки мгновенно уцепился за неё. Как она могла не придавать значения сему наиважнейшему факту? Если добавить явный сговор молчания артистов (его, кстати, подтвердила и сама журналистка), впору подумать на некое магическое существо, которое свило себе гнездо в Королевской опере и раз в какое-то время собирает свою кровавую жатву.

Все эти соображения она и высказала коррехидору.

— Вы знаете, Эрика, — Вил восхищённо смотрел на раскрасневшиеся от возбуждения щёки чародейки, на её сверкающие зелёные глаза, — ваша версия меня устраивает куда больше, нежели наличие призрачного мстителя. Особенно после того, как я своими глазами видел появление болеглота в заброшенных доках.

— Не все потусторонние существа столь же безобидны, как наша знакомая из доков, — заметила чародейка.

— Естественно, мне давно не пять лет. Я отличнейшим образом помню тяготона, столь успешно ликвидированного вами в Оккунари, — коррехидор невольно поёжился от воспоминания, — и разрушенное святилище никоим образом не противоречит гипотезе о враждебном вторжении. Так ведь?