Книга Кленовые тайны, страница 39 – Елизавета Берестова

В холле коррехидории Вила и Рику подловил Турада. Адъютант с элегантной вежливостью древесно-рождённого, обращающегося к своему начальнику, сообщил, что господина полковника ожидают срочные эпистолы, поступившие из разных министерств, а также личное послание его величества Элиаса.

Четвёртый сын Дубового клана вздохнул, кивнул Тураде и, попросив чародейку зайти к нему с результатами вскрытия, удалился. По дороге в свой кабинет он размышлял. Конечно, по сравнению с младшим штаб-капитаном Акечи Турада казался цельнозолотым, но, когда успели повыветриться воспоминания о причудах сотрудника Адмиралтейства, Вилохэд всё никак не мог решить, какой Тимоти Турада раздражает его более: прежний язвительный с налётом бесшабашного молодечества и нахальства или же нынешний — хмурый, подавленный со страдальческим выражением глубоких, тёмных глаз? И, уже открывая дверь в свой кабинет, определился: решительно нынешний унылый адъютант нравился ему гораздо меньше.

Старомодным словечком «эпистолки» Турада именовал кучу посланий, правда, сложенных вовсе не кучей, а аккуратными стопками, да ещё и разложенными по категориям срочности и важности. Ближе всех лежало письмо, а точнее говоря, записка от венценосного кузена с уточнениями по поводу свадебного подарка от младшей ветви Дубового клана, который устроил бы венценосных супругов, и выражение надежды на то, что в скорейшем будущем симметричный свадебный подарок станет выбирать клан Каэде для Вилохэда и Эрики. Вил отложил в сторону письмо короля и перешёл к следующим кучкам. Обыкновенная служебная рутина: сетования Министерства счёта по поводу задержки данных по раскрытию преступлений от Королевской службы дневной безопасности и ночного покоя, счета за обновлённую форму (особая «благодарность» штаб-капитану Акечи за заказ «улучшенных мундиров, на коих знаки различия выделяются гораздо лучше, что способствует укреплению субординации и дисциплины в ведомстве». Ничего, кроме запроса на дополнительное финансирование эта глупая инициатива не принесла. Пара жалоб на халатное и безразличное отношение к обращениям подданных Кленовой короны. Вилохэд усмехнулся, представив сержанта Меллоуна с серьёзным видом разбирающего, кто из двух соседок на окраине Кленфилда перекидал больше мусора на соседскую территорию или наслал порчу на кошку, что принялась гадить прямо в комнате на ковёр перед камином. Имелось одно личное прошение соискателя должности околоточного в одном из близлежащих посёлков. Но это прошение вполне могло и подождать. Словом, ничего важного сегодняшняя почта не содержала. И напрасно лейтенант Турада делал такое серьёзное лицо.

Вил вспомнил, что они не успели поесть и попросил адъютанта подать чаю. Не успел он как следует насладиться нежным жасминовым вкусом, как в кабинете объявилась Рика.

— Вы опять пьёте чай, пока другие трудятся в поте лица! — воскликнула она с притворным (как он надеялся) возмущением.

На самом же деле чародейка возмущалась вполне искренне.

— С огромным удовольствием разделю свою скромную трапезу с вами, — улыбнулся коррехидор, потянувшись за второй чашкой.

— Полагаю, что от моего отчёта у вас пропадёт всяческое желание вкушать что-либо, — заметила она, чуть вскинув бровь, — потому что я закончила вскрытие, и результаты его вас несомненно удивят.