Книга Дева Зоны, страница 101 – Татьяна Танцева

— Рад видеть тут соотечественницу!

Таня ему в ответ тоже улыбнулась.

— Откуда ты, доченька? - присел он с ней рядом.

— Из Подольска.

— Понятно. А я из Иркутска. Живу тут уже давно. А тебя-то, такую хрупкую девушку, почему сюда занесло?

— Есть причины, - грустно улыбаясь, ответила она.

— Ты со Зверобоем пришла?

— Мы на Агропроме встретились и вместе пришли сюда.

— И давно ты пришла в Зону?

— Три для назад.

— О, да ты ещё совсем "зелёная"! Стрелять-то ты хоть умеешь?

— Умеет, - ответил за неё Гонта. - Я сам видел.

— В Зоне я давно, но мне не доводилось встречать среди сталкеров женщину. Ты, милая, сильно рискуешь, придя сюда. Ты это понимаешь?

— Да, понимаю.

— Не обижайся, но надо быть полной дурой, чтобы прийти сюда, зная, что в Зоне очень опасно.

Сталкеры негромко рассмеялись. Таня сохраняла спокойствие, хоть ей и было обидно, что он её назвал дурой. Другие дерзкие девушки послали бы его далеко и надолго, но Таня быстро нашла, что ему ответить:

— А вы и все остальные сталкеры тоже, я погляжу, умом не блещете, раз тоже в Зону пришли!

Смех среди сталкеров сразу стих. Беломор сначала помолчал, а потом ответил:

— Мы-то хоть знаем, с чем имеем дело и можем за себя постоять.

— И для этого надо отправиться туда, где могут убить?

— Нет. У каждого из нас есть причины для этого.

— Вот и у меня есть причины. Меня сюда привели житейские неприятности, а не любопытство.

Беломору явно нравилось говорить с ней: то ли его привлекало, что она первая девушка в Зоне, то ли её остроумие. Возможно и то, и другое.

— Я никогда вас, женщин, не понимал, - сказал Беломор, приняв мечтательный вид. - Почему вам не сидится дома? Разве удел женщины - не хранительницы очага? Сидела бы ты, дочка, дома, в тепле! Зона - не место для женщин, особенно для такой, как ты.

Татьяна быстро нашла, что ответить. Она приняла доброжелательный вид:

— Скажите, как ваше имя и отчество?

— А тебе зачем?

— Не хочу обращаться к столь почтенному человеку по прозвищу.

— Захар Петрович меня зовут.

— Хорошо. Захар Петрович, не хочу как-то обидеть весь мужской род, но на протяжении многих веков мужчины могли использовать женщин так, как им хочется, не считаясь с их мнением и чувствами. У женщин не было прав. Были лишь обязанности. Даже в наш век равноправия мужчины давят на женщин, чтобы потешить свою гордыню. Вы говорите, чтобы я сидела дома. Но что остаётся делать мне, когда по вине мужчины я вынуждена прийти сюда? Вы, мужчины, иногда ставите женщин в такое положение, что им приходится идти на крайние меры, позабыв об осторожности.

— И кто же тебя вынудил пойти на такой шаг, дитя моё?

— Не имеет значения. Но скажу лишь, что не только мужчины творят глупости ради любимой женщины.

— Ах, вот в чём дело! Твой возлюбленный тебя вынудил.

— Говорю вам, это не имеет значения.

— Дело твоё. Но всё же тебе бы следовало сидеть дома. Ты ведь не феминистка.

— Нет. Но меня задевает ваш сексизм.

— Я не сексист. Но ты, голубка моя, пришла туда, где нет места женщине. Это мир мужчин.

Беломор прав, но Таня не хотела этого признать:

— Где же тогда найти женщине место для себя? Вы сейчас скажите про дом и кухню. Но если так посудить, то во всём мире женщине не найдётся места. Везде, куда бы она не пошла, мужчина будет её угнетать, постоянно напоминая ей о её обязанностях. Жаль, что вы, мужчины, забываете о том, что на свет вас родила именно женщина.