Книга Подарок для Морока, или кто здесь невеста дракона?!, страница 42 – Ульяна Соболева

"Ладно, Лебедева, у тебя нет магии, но у тебя есть ноги. Танцуй!" – мысленно подбадриваю себя и пытаюсь вспомнить хоть что-то из своего нелепого опыта с танцами. Ах да, были у меня когда-то попытки танцевать high heels, когда я, глупая, решила, что смогу двигаться в ритме музыки на каблуках, а не сражаться за жизнь. Это, конечно, закончилось парой растяжений, неудачным выпадом и чаем с подружками, которые долго ржали надо мной. Но сейчас выбора нет.

Я выпрямляюсь, делаю глубокий вдох, придавая себе уверенности, и плавно переношу вес на одну ногу, пробуя сделать хоть какое-то грациозное движение. И тут же понимаю, что всё, что в зале видят другие, – это как я, нелепо виляя бёдрами, отчаянно пытаюсь удержать баланс. На каблуках, кстати, было легче, потому что там хотя бы была твёрдая поверхность! А здесь лёд, который явно ненавидит меня и хочет проглотить.

Я всё равно пытаюсь. Развожу руки, делаю аккуратный поворот – и, конечно же, теряю равновесие. В последний момент удаётся удержаться, но моё лицо, наверное, выражает весь спектр эмоций от «пожалуйста, земля, не шатайся» до «убейте меня прямо сейчас». Ну хоть не упала, уже успех.

Я делаю ещё один шаг, на этот раз плавнее, стараясь поймать ритм. Лёд холодит сквозь подошвы, воздух вокруг звенит тишиной, наполненной ожиданием. Хорошо, раз уж мне всё равно не сбежать – надо хотя бы сделать вид, что я знаю, что делаю. Я вытягиваю руки, двигаюсь мягче, осторожнее. Раз, два, плавный разворот, лёгкое скольжение вперёд.

И вдруг тело вспоминает.

Вспоминает те моменты, когда я в темноте квартиры, босая, включала музыку и танцевала просто для себя, просто чтобы почувствовать движение, чтобы слиться с ритмом, не думая, как это выглядит со стороны. Вспоминает, как я любила танцевать не на каблуках, а на носочках, как кружилась, падала на колени, выгибалась, позволяя музыке вести меня.

Я делаю оборот, и на этот раз он получается идеально.

Волосы развеваются за мной, лёгкая ткань платья следует за движением, словно тоже стала частью танца. Я больше не думаю, что меня смотрят, я просто двигаюсь. Ещё один шаг, изгиб корпуса, поворот, руки мягко очерчивают воздух, будто рисуют узоры. Теперь моё дыхание синхронизируется с движениями, сердце бьётся ровно, и я уже не цепляюсь за баланс, а уверенно скольжу вперёд.

Я кружусь, опускаясь вниз, и тут же перехожу в плавный наклон назад, выгибаясь, позволяя рукам очертить дугу в воздухе. Танец льётся, естественный, живой. В этот момент я действительно чувствую себя частью этого мира, как будто он принял меня, позволил мне быть здесь не чужачкой, а чем-то родным.

А потом я падаю.

Не грубо, не комично, а красиво – на колени, руки разводя в стороны, как будто это было частью замысла. Но тут же слышу звук, от которого стынет кровь в жилах.

Треск.

Лёд подо мной трещит, словно затаившийся зверь, который наконец решил напомнить о себе. Звук распространяется по замёрзшей глади, звонкий, пробирающий до костей. Я замираю, но слишком поздно – ещё одна паутинка трещин ползёт дальше, разрывая идеальную поверхность, и вдруг земля – а точнее, лёд – уходит из-под ног. Вода подо мной кажется бездонной, темнотой, готовой поглотить, и в тот момент, когда моё тело начинает падать, холод пронзает не только воздух, но и меня саму. Лёгкие сжимаются в предвкушении ледяного удара, и всё, что успеваю подумать, это: Ну всё, Лебедева, твоя эпопея закончится не в кровати с горячим чаем, а в ледяной проруби…