Онлайн книга «Три Ножа и Проклятый принц»
|
Маришка закатила глаза: — Какой же ты еще ребенок, Юрик! Или придуряешся? Ведь не может такого быть, чтобы тебе никто не нравился! — Ой, отвяжись… никто мне не нравится, – ответила Юри и подумала: «Среди всех людей на свете мне нравишься только ты». Где-то у Реки пели крохотные птички камышевки. Снизу сквозь деревянные перекрытия доносился раскатистый густой храп Якуша Дортомира. Пахло лесом и цветущими под окном розами, яблоками и гарью. Маришка погладила Юри по щеке и сказала: — Ох, надо бы срочно что-то придумать с твоими веснушками. Совсем ты стала ужасно-ужасно-ужасно конопатая… Ладно, давай спать, Юрик, завтра важный день, завтра все решится, – сказала и перевернулась на другой бок. * * * В то утро рассвет был розовый и нежный. На небе холодно мерцали четыре утренние звезды. Легкий туман струился по земле, трава утопала в обильной росе, обещающей жаркий день. Юри и Маришка вышли из флигеля, едва солнце приподнялось над соснами, и отправились в путь по вихляющей тропинке мимо мрачных развалин к фруктовому саду. Они миновали ворота – два покосившихся каменных столба, один из которых венчало воронье гнездо, и вышли к рядам старых развесистых яблонь. Деревья здесь жили дольше Якуша Дортомира, но все еще исправно плодоносили. Маришка рассказывала, что когда-то давно ее прадед, вернувшись из странствий по Карилару, привез саженцы удивительных яблонь и заложил в поместье сад. С годами он так разросся, что доходил от дома до глиняных берегов речки Чермянки, куда сейчас и направлялись подруги. После пожара сад пребывал в запустении. Глубокие трещины разрезали кору, ветки переплелись и нуждались в обрезке. Со всех сторон деревья душили наступающие из леса дикие травы. И все же яблони сверху до низу были усыпаны красными благоухающими плодами. Маришка шла впереди, подобрав подол пышного, как облачко, платья, чтобы уберечь от росы. Выходя из дому, она надела стоптанные порыжевшие башмаки с длинными облезлыми носами. Юри следовала за ней, как верный паж, которому доверили нести сокровище – шелковые туфельки на каблучке, расшитые золотым бисером. План был такой – перебраться через Чермянку по старому мосту и выйди к дороге Плача неподалеку от дубовой рощи. Там Маришка собиралась натянуть роскошные новые туфли, взять в руки томик «Наставлений юношам и девам» Учителя Хо и, сидя в изящной позе, поджидать своего суженого. Юри попыталась усомниться в разумности этой затеи, но Маришка не собиралась спорить. Она сказала: — Я точно знаю, что делаю. Все что мне надо, просто попасть ему на глаза сегодня до полудня! «Что ж…» – подумала Юри – «Прекрасно-прекрасно, значит после полудня мы немного поплачем, а затем покончим со скучным принцем и наконец-то вернемся к действительно интересным делам». Всю дорогу она крутила головой по сторонам, прикидывая, насколько у сада плохи дела. По всему выходило, что не так уж и плохи. Яблони живы, плоды все так же красивы и ароматны. Значит, затея ее не безнадежная. Дело в том, что из крупных, сладких и необыкновенно ароматных дортомирских яблок получалось великолепное вино. Этот солнечный напиток мало того, что был вкусным и хмельным, он обладал поистине чудесным свойством – сколько бы ни было выпито вечером, поутру никакого похмелья. Поговаривали, что именно это коварное яблочное вино сгубило Якуша Дортомира, который так любил выпить, что, случалось, опрокидывал в себя целый бочонок. А еще говорили, что после смерти жены он совсем оскотинился и пил беспробудно с утра до поздней ночи, порой засыпая, где придется. Юри не могла поверить в подобное, ведь она знала Якуша, как убежденного трезвенника, который однажды, учуяв от дочери запах сидра, с такой яростью оттаскал ее за косы, что вырвал огромный клок волос. |