Книга Требуется ходячее бедствие, страница 84 – Александра Логинова

— Сколько ни гадай, а получается, что прямых выгодоприобретателей нет, – я нервно побарабанила пальцами по столу. – Сегодня вечером назначено чаепитие в кругу леди и приближенных мисс. Попробую пощупать их на предмет негатива, особенно прохвостку Беатрис. Может, у кого-то есть причины недолюбливать Франца или желание посплетничать о делах своих мужей, конкурирующих с маркграфом.

— Молодец, – одобрила бабушка. – Ежели ты меня за две недели вычислила как советская разведчица, и это кубло сможешь разворошить.

— Надеюсь, мадам, – мои губы тронула горькая, едва заметная ухмылка. – Иначе мне не хватит смелости шагнуть в портал и вернуться домой.

Ближний круг графини делился на две неравные части. Баронессы-фрейлины из числа подруг по академии и вассалок маркграфства были приближены для придания будущей маркграфине социального веса. Элианна оказалась скованна ими, как король, скованный обязательствами перед знатью, – сюзерен тоже зависит от своих подданных.

— Конечно, леди Моринсель, я обязательно добьюсь беспристрастного суда по вашему земельному спору, – скрипя зубами, пообещала графиня.

Трудности не сломили Элианну, изо дня в день подчеркивающую свое природное очарование. Чем хуже шли ее дела, тем ярче и привлекательнее был образ леди, державшейся с достоинством императрицы. Бирюзовое платье из летящей кисеи, украшенное множественными серебрянными пряжками, делало из Элы настоящую богиню красоты, спустившуюся с небес. Разрушенную изнутри, плачущую по ночам богиню.

Довольная собой низкородная баронесса слащаво заулыбалась, вскидывая подбородок. Ей было наглухо плевать, как именно Элианна решит ее проблему, когда действовать по-женски с братом жениха нельзя, главное, что графиня прилюдно дала обещание. Леди Ланкрофт быстро теряла краски, едва удерживаясь от злой ругани и унизительных слез, – ей осточертели навязчивые просьбы подружек.

Флора сочувствующее сжала ладонь сестры, взглядом умоляя мужаться и крепиться. Очередная витиеватая льстивая речь полилась изо рта следующей вассалки с одной целью – выбить из графини льготы и уступки. Какая по счету, восьмая или десятая? Закатив глаза от раздражения, я мысленно поклялась, что делаю это ради благополучия маркграфства, а не потому, что меня разжалобил жалкий вид Элы.

— Пользуясь своими отвратительными манерами и полным отсутствием должного воспитания, я вас прерву, уважаемая виконтесса. Леди Моринсель, суд его сиятельства действительно беспристрастен, но его решение никак не может быть вынесено в вашу пользу.

Малая гостиная, где собрались почти все леди замка, погрязла в тишине.

— Наглая крестьянка, – баронесса Моринсель остолбенела от неожиданности. Ее сухие руки мгновенно распахнули веер, пряча искореженное презрением лицо. – Что ты… вы себе позволяете?

— Попрошу без оскорблений, – снова повторила Элианна.

— Благодарю, моя леди, – я кивнула, зашуршав длинным свитком. – Согласно земельному уложению, составленному маркграфом Августом Эшфортом, мир его праху, граница ваших земель проходит четко между броневым фортом и деревней Шмель, нелогично названной в честь обширных медовых пасек. Она не может быть подвинута сомнительной устной договоренностью двух баронов, против которых крестьяне поставили ко двору маркграфа целый урожай жалоб.