Книга Защитница Солнечного Трона, страница 11 – Олег Крамер, Анна Сешт

«Та, кто стоит высоко и сияет ярко. Та, что выбрала тебя давно и сокрыла от всех. Ее воля определит твою судьбу для многих…»

Поднявшись на крышу, Меритнейт наблюдала за улочками города, за пристанью, где вскоре должны были причалить ладьи. Хент-Мин^[15], столица девятого сепата, ожил в предвкушении возвращения своего хозяина. Горожане чистили и украшали улицы, словно готовились к празднику. Слуги на вилле суетились, начищая полы и мебель, посыпая свежим просеянным песком дорожки в саду, готовя угощения.

Нехеси был справедливым правителем. Его и его семью любили здесь и ждали с искренней радостью. К Мерит отец Нефертити относился доброжелательно, зная об их теплой дружбе, тянущейся с самого детства. Грядущая встреча обещала быть радостной, но сейчас жрица ощущала лишь затаенную скорбь.

Когда в угасающих лучах заката ладьи причалили к пристани, она прикрыла глаза, отсчитывая удары сердца. Ее пальцы перебирали гадальных скарабеев в тканом мешочке. Шрам под ключицей покалывал и пульсировал, словно живое существо.

И вот…

Вместо радостных возгласов торжественный и печальный звон труб прорезал воздух – будто ритуальный клинок вспарывал живот жертвенного животного. Далекими тоскливыми криками речных птиц зазвучали голоса плакальщиц.

Печальная весть докатилась из Уасет до девятого сепата, и нес ее сам управитель Нехеси. Закатилась за горизонт солнечная ладья Владыки Обеих Земель, фараона Аменхотепа Неферхепрура, и вся Та-Кемет теперь пребывала в трауре. Семьдесят дней подготовки царственных останков в руках бальзамировщиков. Семьдесят дней до торжественного погребения, когда фараон воссоединится с Богами.

Семьдесят дней до того мига, как новый правитель в полной мере воцарится над Та-Кемет. Тот, кого Мерит видела в своих снах, стал фараоном, но действовать сможет, лишь когда тень его предшественника окончательно пересечет порог вечности.

Спустившись, она присоединилась к Нефертити и ее свите. Подруга казалась такой хрупкой на фоне могучих стражников. Но даже в смятении она держалась с благородным величием.

Украдкой Мерит сжала руку Нефертити в знак тихой поддержки, просто обозначая, что она рядом. Ощутила, как подруга, напряженная, словно туго натянутая струна, чуть расслабилась.

— Дыши, – прошептала жрица.

— Что-то не так, я чувствую, – тихо сказала Нефертити, неотрывно глядя на ладьи и прибывших, сходящих на берег.

Мерит переглянулась с Тутмосом. Скульптор хмурился, не зная, чего ожидать дальше, когда скорбная весть уже облетела, казалось, весь сепат.

Господин Нехеси подошел к ним в сопровождении стражи. Нефертити взяла отца за руки, чуть сжала. Управитель сепата печально улыбнулся и обнял дочь. Мутнеджмет коротко кивнула сестре в знак приветствия, скользнула взглядом по Мерит и Тутмосу, кивнув и им.

А после все расступились и склонились в поклонах, когда на тропу перед пристанью ступила она.Толпа горожан, вышедшая поприветствовать своего правителя и его гостей, замерла в торжественном молчании. Даже ветер, игравший в кронах пальм и кустах тамариска, благоговейно стих.

Казалось, будто это не человеческая женщина, а Богиня навестила Хент-Мин. Даже без регалий ее нельзя было не узнать. Царица давно уже не была юной девой, но ее черты казались лишенными возраста. Льняные белые одеяния с тонкой плиссировкой облегали точеную фигуру. Волосы были убраны под изысканный короткий парик, как подобало по этикету. Несмотря на глубокую скорбь, голова ее была гордо поднята, а плечи – расправлены. Эту скорбь Мерит чувствовала сердцем, но горечь царицы выдавали лишь чуть опущенные уголки рта. Красивые полные губы были плотно сжаты. Глаза мерцали, словно черные драгоценные камни, отражение далеких звезд. Ее взгляд скользил по собравшимся, не различая лиц… пока не остановился на Эйе и Нефертити.