Книга Все оттенки ночи. Страшные и мистические истории из переулков, страница 137 – Анна Сешт, Олег Крамер, Екатерина Каретникова, и др.

Максим снова вспомнил, как они разругались перед отъездом.

— Я не понимаю, в чем проблема? – кричал он. – Почему я не могу один дома пожить, пока ты в своей дурацкой Москве?!

— Максим, это не обсуждается!

— Мам, да я в девятом классе, блин! Что со мной случиться может? Я уже давно в курсе, что нельзя пихать пальцы в розетку и пить белизну.

Макс недовольно скривился, вынырнув из неприятных воспоминаний. Из-за угла дома вышла баба Вера, мамина мама. Седые волосы были привычно убраны под платок, но несколько прядей выбилось. Увидев внука, она довольно кивнула и направилась в его сторону. В руке она несла ломоть хлеба, ржаного, конечно же, другого в этой дыре не продавали. Бабушка села рядом, разломила щедро намазанный маслом кусок надвое и протянула Максу половину. Тот тяжело вздохнул, но угощение принял.

Некоторое время сидели молча, жевали. Наконец бабушка доела свою половину, отряхнула подол халата от крошек и мечтательно произнесла:

— Хорошо…

— Чего хорошего? – сварливо отозвался Макс.

— Так всё хорошо. Воздух ароматный, густой, хоть ножом режь да на хлеб вместо масла намазывай. Природа звучит, как песня. Благодать.

Максим презрительно фыркнул.

— Воздух как воздух, еще и душно! Трава дурацкая все ноги исколола. А насекомые – просто кошмар. У меня от них голова сейчас лопнет.

Бабушка не стала комментировать, хотя прекрасно видела, что внук мается, воспринимая поездку в деревню как самую настоящую каторгу, но что с них взять, с городских. Она даже почти не обижалась. Разве что самую капельку.

— Кузнечики грохочут, да… Странно… – Она таинственно замолчала, и последнее слово повисло между ними в воздухе.

— И что странного? – не удержался Максим. – Ну кроме того, что в октябре они уже должны были впасть в спячку или что там у них по расписанию?

— Это у вас на северах в октябре уже сырость да холод. А тут ещё бабье лето не до конца отгремело. Знал бы, коли б чаще навещал меня. – Бабушка поджала губы. – А странно потому, что кузнечики трещат к сухой ясной погоде. Примета верная. А вон там, над леском, поглянь, кайма фиолетовая в небесах. Видишь?

И она указала вперед, туда, где за низкой оградой раскинулся лужок, плавно поднимающийся вверх, а на вершине холма высились деревья.

— Дождь, что ли, будет?

— Гроза даже, скоро уж к нам дойдет. Умолкнуть должны были все козявки, а они знай себе верещат, да разошлись не на шутку. То и странно. Может, знают они тайну какую? Может, обойдёт нас стороной ненастье?

Баба Вера потянулась, чтоб взъерошить отросшие светлые волосы внука.

— Да уж было бы неплохо, ба… – Максим уклонился от её руки. – Я как раз собирался к деревьям подняться, попробовать сотовую связь поймать. Мне позарез надо новых фильмов или книжек скачать, а то я от скуки свихнусь.

На самом деле Максим хотел проверить свои странички в соцсетях. Ему вчера чудом удалось скинуть в чат с одноклассниками свою фотку с грустным выражением лица на фоне трухлявого деревенского колодца. Теперь он изнывал от любопытства, кто что напишет в ответ. А особенно Света Белозерская, которая в начале каникул хвасталась, что ей разрешили дома устроить вечеринку в честь Хэллоуина, и приглашала всех в гости.

— Не ходил бы ты, Максимушка, сейчас туда, – забеспокоилась баба Вера. – Стемнеет скоро. За деревьями вон уже полыхает. Как бы заклинатель молний на тебя свой взор не обратил… Тем боле ты с электроприбором, а он их жуть как не привечает.