Книга Покорение Дракона, страница 104 – Юлия Фим

— Фракция Тяньфэна узнали о связи вашей ци с Чживэй, – прошептал юноша, тревожно озираясь. – Перед своей смертью он успел отправить послание.

Сюанцин нахмурился. Смерть – не самое страшное, что может случиться с человеком. И уж точно не самое худшее, что может выпасть на долю бессмертного. Это знание было выжжено в его памяти тысячами лет. Если бы у него была власть, он бы вернул Тяньфэна к жизни лишь для того, чтобы обречь его на страдания более изощренные, чем смерть. Но он прекрасно знал, что время исправит все за него. Рано или поздно Тяньфэн возродится, и тогда их разговор продолжится. Тяньфэн пожалеет о своей ничтожности.

Сюанцин позволил себе короткий вдох. Гнев теперь был ему чужд, на многое он смотрел с высоты не столько прожитых осознанных лет, сколько лет своего существования. Но только пока дело не касалось Чживэй. Небеса напрасно решили вплести ее в эту битву. Они не понимают, насколько далеко он готов зайти ради ее душевного покоя.

— Что они замышляют? – негромко спросил он.

Шанься отвела взгляд, явно будучи не в силах произнести следующие слова, смотря в глаза Сюанцину.

— Объявили себя Желтобровыми защитниками, и выкрасили брови в знак защиты энергий всех миров. Планируют убить вас. Или, если не смогут, – Чживэй. Теперь, когда нити судьбы связывают вас, это стало достаточно серьезным основанием для вмешательства. Им даже не нужно одобрение, чтобы убить смертную, ведь она связана с вами. И они собрали большое и искусное войско.

— Ваши люди тоже готовы, господин, – торопливо отозвался Хаочжэн. – Ваши люди целый год вербовали воинов, чтобы защитить вас.

Сюанцин слегка кивнул, обдумывая их слова. Он медленно провел рукой по изящно изогнутой колонне.

— Если бессмертные сойдутся в битве, будут огромные потери, – тихо сказала Шанься. – А если это произойдет в Поднебесной, последствия будут катастрофическими.

— Это заботы Владыки Небес, – отстраненно сказал Сюанцин.

Бессмертный осмелился заговорить, его голос дрожал:

— Никто не знает, что происходит с Владыкой Небес, Верховные небеса молчат. Но вы… вы тот, кто по праву может занять его место.

Его слова скрывали подспудное обвинение: ответственность за грядущие жертвы лежала на его плечах.

— Подойди, – тихо сказал он Хаочжэну.

Тот медленно шагнул ближе, и Сюанцин, словно успокаивая ребенка, мягко провел рукой по его волосам.

— Я возьму эту ответственность на себя. Но что должно случиться, того не миновать.

— Что вы планируете, Верховный? – Бессмертный поднял на него полные трепета глаза.

Сюанцин не ответил сразу. Он знал, что задача перед ним стояла куда сложнее, чем война. Он должен был не только обезопасить Чживэй, но и сохранить в целости мир, доказав, что Дракон – не зло, которого стоит бояться. Но для этого ему предстояло разгадать тайну своего прошлого, а времени на раздумья оставалось все меньше.

Недостаток в этом плане имелся один: Дракон был злом, которого и правда стоило бояться. Но жертвовать им во имя некого благополучного будущего он был не готов.

Дракон больше всего на свете желал собрать артефакты Байлун, разделиться телами с Сюанцином, а дальше случатся ужасы, которые этот мир не мог вообразить. Память Сюанцина тоже заключалась в артефактах Байлун. Узнав всю историю, прикоснувшись к каждому воспоминанию, он узнает, как ему удалось выжить и какую роль Сюаньлун в этом сыграл. Но и Дракона ему больше не обуздать. Даже если предположить, что Сюанцин при помощи собственной внутренней энергии и энергии Небесного мира сможет остановить того или задержать – это не решит основную проблему.