Книга Двуликая жена. Доказательство любви, страница 22 – Мария Шарикова

Вид их дружеского, непринужденного общения вызвал во мне странное чувство - смесь надежды и острой, ревнивой грусти. Люсиан мог быть таким - нормальным, почти доступным с другими. Со мной же у него были только стены и подозрения. Но я сама их возвела. Теперь мне предстояло разобрать их по кирпичику. И первым кирпичом, который нужно было вынуть, было моё собственное поведение. Я больше не могла позволить себе быть той Фреей, которая кричала и бросалась обвинениями. Мне нужно было стать кем-то другим. Кем-то, кому Люсиан мог бы, в конце концов, начать доверять.

Я глубоко вздохнула, поправила платье и снова вышла из комнаты, чтобы спуститься к завтраку. Игра началась. И я не могла позволить себе проиграть. Слишком многое было поставлено на кон. Не только моя жизнь или его. Но и шанс на искупление, который мне даровала сама судьба, какой бы невероятной она ни была.

Лусиан наблюдал, как Фрея поднимается по лестнице. Её стройная фигура в простом платье цвета охры постепенно растворялась в полумраке верхнего этажа. Он всё ещё ощущал легкое покалывание удивления от её последних слов. «Безмолвное ожидание может быть сильнее громкой атаки». Что она имела в виду? Это была простая светская банальность или что-то большее, сказанное специально для него? Он ненавидел эту неопределенность. С прежней Фреей все было ясно: враждебность, слёзы, оскорбления. С этой новой, спокойной, временами почти задумчивой версией своей жены он чувствовал себя как на минном поле.

-Ну что, друг мой?-голос Себастьяна вернул его к действительности.-Я же говорил, что она способна на сюрпризы.

-Она способна на многое,-мрачно ответил Лусиан, отводя взгляд от лестницы.-Вопрос в том, на что именно.

-О, перестань быть таким подозрительным. Она произвела на меня впечатление умной и искренней молодой женщины, которая пытается примириться со своей судьбой. Не всем дано выходить замуж по любви.

Лусиан резко повернулся к другу.

-Ты знаешь, как она вела себя до этого. Я тебе рассказывал. Эта перемена слишком резка, чтобы быть естественной.

-Люди иногда меняются, Лусиан,-мягко сказал Себастьян.-Особенно когда оказываются перед лицом необратимого. Брак - это как раз такое событие. Возможно, она просто повзрослела за одну ночь.

«Если бы ты только знал как ты прав, Бастиан», - подумал Лусиан с горькой иронией. Для Фреи эта ночь была такой же одинокой, как и для него. Он отверг её. Он видел боль в её глазах, настоящую боль, а не театральную обиду. И это мучило его больше, чем все её прежние истерики.

-Пойдем завтракать,-произнес он вслух, прерывая свои мысли.-И пожалуйста, постарайся не устраивать допрос с пристрастием.

Солнечная гостиная оправдывала свое название - высокие окна от пола до потолка выходили на восток, и в это утреннее время комната была залита светом. Фрея вошла через несколько минут после них. Она села напротив Лусиана. Её движения были спокойными, почти грациозными. Она не опускала глаза, но и не бросала ему вызов взглядом, как раньше. И в этой простоте была какая-то новая, сбивающая с толку сила.

Завтрак прошел в основном под болтовню Себастьяна, который рассказывал свежие лондонские сплетни и забавные случаи из своей недавней поездки в поместье. Фрея слушала, время от времени задавая уместные вопросы или улыбаясь в нужных местах. Она ела мало, и Лусиан невольно отметил про себя, что она выглядела бледнее, чем вчера. От волнения? От бессонной ночи? Или это была часть её игры?