Книга Счастливая случайность, страница 25 – Макс Монро

Я фыркаю, закатываю глаза, хватаю поппер и забрасываю его себе в рот, прежде чем погрузиться в мягкую подушку спинки дорогого дивана Мо.

— Ты же знаешь, что я не могу ее тебе дать.

— Нет, не знаю. Андреа Сакс достала «Гарри Поттера» для Миранды Пристли ^[6]. Так почему ты не можешь сделать того же для меня?

— Может, потому, что я ценю мою новую работу и не хочу ее потерять? Или, ну не знаю, потому что это не голливудский фильм? Это моя реальная жизнь.

— Ой! – бурчит она, замахав рукой в воздухе. – Ты всегда был таким правильным.

— Слушай, я лишь могу сказать, что ты не ошибешься, продолжив быть ее фанаткой. Она отличная писательница и, судя по нашему с ней общению, пускай и краткому, еще и действительно потрясающий человек. – Я пожимаю плечами, стараясь оставаться собранным под пристальным взглядом Морин. Это странно. И нервирует. И я не знаю, зачем она это делает, но спрашивать не собираюсь. Когда дело касается моей сестры, никогда, никогда нельзя задавать вопросы. – И собака у нее реально клевая.

— У нее есть собака? – выдыхает Мо, как будто владение собакой – это нечто, зарезервированное для Мессии.

— Да. Его зовут Бенджи.

— О боже мой, Бенджи! Мне так нравится! – Она поворачивается в сторону кухни. – Нам нужна собака по имени Бенджи, Винни!

— Ты живешь на верхнем этаже небоскреба и имеешь ограниченный доступ к крыше, – бормочу я, зная, что ничто из того, что я могу сказать, уже не попадет в ее уши.

— Какая собака, зай? – откликается Винни, он никогда не разочаровывает мою сестру. Обычно это качество кажется милым – видя его проявления, я убеждаюсь, что он дня нее парень подходящий, и не только, – но в данную секунду мне хочется закатить глаза и увидеть изнанку собственного черепа.

Моя сестра поворачивается ко мне, даже не моргнув.

— Какая собака?

Я разражаюсь хохотом.

— Ты сейчас звучишь, как чокнутая, и надеюсь, ты это понимаешь. Как чертова сталкерша.

— Какая собака, Чейз! – требует ответа она, и ее вопрос вовсе на вопрос и не походит.

— У Брук немецкая овчарка.

— Немецкая овчарка, Вин! – возбужденно кричит она в ответ, а мне только и остается, что растерянно качать головой. Было так приятно все эти годы иметь вменяемую сестру. Я буду по этому скучать.

— Я поизучаю вопрос, зай, – отвечает Винни с кухни, и я опускаю глаза на их коврик цвета слоновой кости, чтобы спрятать улыбку. По крайней мере кто-то еще не потерял рассудок. Винни идет ей навстречу, это да, но тот зять, которого я знаю, уже висел бы сейчас на телефоне, обзванивая собачьи приюты, если бы у него хоть на грамм имелось желание завести собаку.

Честно говоря, меня впечатляет то, насколько хорошо ему удается управляться с моей сестрой в такие моменты, как этот.

Мо, на время смягчившись, снова поворачивается ко мне, в ее глазах все еще горит возбуждение.

— Что еще? Расскажи мне о ней все!

— Я не так уж хорошо ее знаю, Мо.

Она хмурится, и я вздыхаю.

— Морин, – поправляюсь я, и она кивает. – Я оказывался в ее компании лишь пару раз, и при этом бóльшая часть встреч была краткой.

Морин соскакивает с кофейного столика и начинает ходить туда-сюда, при каждой возможности тыча в меня сразу несколькими грозными пальцами.

— Это не значит, что ты не знаешь чего-нибудь. Я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы знать, что ты непременно стараешься разузнать обо всех, с кем будешь работать. Ты знаешь ее. Ты просто не хочешь говорить мне.