Книга Ткачи снов, страница 202 – Каролин Валь

— Она права, - сказал Туманный Мастер и задумчиво нахмурился. Его глаза лежали глубоко в глазницах, так что нос казался ещё длиннее.

— Существует ли копия хроники?

— Да. Удина говорит, что автор хроники сделал копию, но ...

В дверь постучали. Канаель встал и пошёл к двери, его шаги были всё ещё неуклюжими. На полпути он остановился. Всё вокруг кружилось. Он закачался, и мгновение спустя почувствовал руки Навии, которые поддержали его.

— Это Воздушный Воин. Только что прибыла почтовая птица. Письмо адресовано Вам, Ваше Величество.

Туманный Мастер открыл тяжёлую, деревянную дверь и запустил посыльного. Тот глубоко поклонился перед Канаелем, в тоже время протягивая ему руки с письмом.

Канаель уставился на печать дома И’Реналь. Его сердце забилось быстрее, у него вдруг появилось ощущение, что это письмо не предвещает ничего хорошего. Нервными пальцами он сломал печать и развернул письмо. Его глаза просмотрели строчки, и он почувствовал, как от щёк отлила кровь. В мгновение ока он протрезвел. Навия права. Гарьен Ар’Лен хочет завоевать четыре царства, и Канаель держал доказательство этого в руках. Гарьен нанёс свой следующий удар.

Когда молчание в комнате растянулось, Канаель понял, что остальные хотят узнать, что написано в письме.

— Была убита Рина И’Реналь, - сказал он.

Поблизости от Крона, Осеннее царство

Ашкин плохо спал, видел во сне какие-то безумные вещи, не связанные друг с другом картинки прошлого и настоящего. Черная дыра в его душе затягивала его все сильнее, словно в зеркале показывая все его деяния. Уже на протяжении трех недель, с тех пор как разбился и разлетелся по всем четырем царствам сон ткачихи снов, сцены постоянно всплывали в его подсознании. Это была спираль, не дававшая ему покоя. Ашкин боялся ночи, но не мог обходиться без сна.

Он проснулся только тогда, когда она уже склонилась над ним, и он почувствовал тёплое дыхание на щеке. Когда он открыл глаза и увидел над собой Алану, он проклял свою неосторожность. Один единственный раз он положился на что-то ещё, кроме своего разума, а теперь платил за это. Но к его удивлению убийца не использовала шанс. Она смотрела на него, и ему понадобилось мгновение, чтобы оценить ситуацию.

Из-за осколка сна он сильно уставал, каждое мгновение казалось ему интенсивнее, но они также быстро пролетали. Время разлетелось на тысячи осколков, и Ашкин был не в состоянии разглядеть их всех.

Снова он задался вопросом, может, ошибся, приняв осколок, но преимущества были налицо. До сегодняшнего вечера.

— Ашкин, - промурлыкала Алана, на её губах играла улыбка, когда она оседлала его. Она была босиком, на ней были одеты узкие брюки и зашнурованный лиф, который больше обнажал, чем скрывал. – Значит, ты принял осколок сна.

— Ты тоже, - констатировал он, бросив взгляд на кожаный ремешок вокруг её шеи.

— Мне предложили. И он открывает совершенно новые возможности. Как я вижу, прямо сейчас на тебе не одет осколок. Это ошибка.

Которую я не сделаю во второй раз.

— Что тебе здесь надо?

Указательным пальцем она обвела контуры его челюсти, и Ашкин зарычал, что она весело приняла к сведению.

— Я буду сопровождать ваш марш до Сувия. Приглядывать, чтобы все придерживались уговора. Гарьен сильно доверяет моей работе.