Книга Ткачи снов, страница 204 – Каролин Валь

— Мой тон по отношению к тебе никогда не изменится, и ты об этом знаешь. Иначе бы тебя здесь не было.

— В этом ты прав,- захихикала она. - Если бы ты был таким же, как другие мужчины, я была бы не здесь, а с одним из них. Что ты собираешься делать сегодня?

Он не ответил, молча надел штаны и черную рубашку.

Оружие он прикрепил к барису, который повязал вокруг бедер. После этого Ашкин набросил на плечи накидку и закрепил ее на шее. Он чувствовал на себе взгляд Аланы, когда надевал черные, поношенные кожаные сапоги и сделал вид, что не заметил этого.

— Ты выглядишь таким серьезным,- иронически сказала она. Виляя бедрами, Алана подошла ближе и прижалась к нему. Ашкин не стал сопротивляться. Она знала, какое воздействие окажет на него ее нагота, когда губами слегка коснулась его щеки и дольше обычного задержалась на его бороде. Это было последнее подтверждение, которое ему было нужно. Он почувствовал, что в нем проявляется что-то вроде сожаления, он прекрасно знал, что означал для нее этот маленький жест. Алана влюбилась в него. Почему, было для него загадкой. Но это было и неважно, ведь этим поцелуем она подписала себе смертный приговор.

— Ты забыл вот это,- сказала она и прижала кожаный ремешок к его груди. Серебряная подвеска болталась в ее руке в разные стороны. - На твоем месте я бы взяла ее.

— Тебе нравится носить осколок,- ответил Ашкин, - Но я должен отдохнуть от этой штуки.

— Он должен быть у тебя сегодня ночью, когда я приду навестить тебя. Ты многое потерял. Еще никогда это не было так... интенсивно. Как дурман.

Может, она влюбилась не в меня, а в осколок. Ашкин нахмурившись, посмотрел на нее, схватил подвеску и спрятал в кармане. Не говоря ни слова, он вышел на улицу, где уже светало, оставив Алану одну в своей палатке.

В военном лагере царила деловая суета. Мужчины и женщины сновали по большой площади, где они остановились на привал на два дня. Солдаты собирали палатки, заботились о вьючных животных и запасах еды. Над лагерем стоял запах свежей кожи и домашнего скота, временами подмешивался запах людей, которые несколько дней не принимали ванну.

Ашкин видел в их усталых, немного грязных лицах предвкушение радости, и почувствовал себя ужасно старым. В нем всколыхнулись воспоминания о войне двадцатилетней давности, которая оставила на нем свой отпечаток. Он покачал головой, чтобы прогнать картинки в голове и направился к Нело А`Дарину, военачальнику и ближайшему доверенному лицу Гарьена. Ашкин уже издалека заметил крепкого мужчину, с короткими седыми волосами и густой бородой. Он стоял перед своей палаткой и раздавал указания вооруженным людям. Заметив Ашкина, Нело кивнул ему.

— А`Шель, чем могу Вам служить? - устало спросил он. Лишь его колючие, голубые глаза говорили о том, что на самом деле он был начеку.

— Меня не разбудили на утреннее совещание.

Нело отмахнулся.

— Это не моя обязанность, следить за тем, чтобы вы вовремя пришли, А`Шель. Вам должно быть понятно, что я занят. Сегодня мы доберемся до портового города, я должен распределить труппы и снаряжение на корабли. И все это должно было быть сделано еще вчера. Логистически, просто катастрофа. Поэтому, пожалуйста, не разыгрывайте из себя оскорбленного, потому что Вас не разбудили.

— Я все понимаю. Однако Гарьен ценит мое мнение, и я был бы Вам очень благодарен, если бы вы придерживались его указаний. Это подразумевает, в том числе, и мое присутствие на совещаниях штаба.