Книга Жестокие сердца, страница 148 – Ева Эшвуд

Как только Мэлис входит достаточно глубоко, я наконец начинаю ощущать, что во мне два члена. Вик все еще заполняет мою киску, толстый, твердый и пульсирующий. Когда его бедра приподнимаются, клянусь, я чувствую это повсюду. Каждое малейшее движение только усиливает ощущения. Я отчетливо осознаю тот факт, что зажата между ними, что мне некуда деваться.

И мне это нравится.

— Что ж, вот бы всегда под такое домой приходить, – раздается веселый, возбужденный голос с порога. – Женщина, которую я люблю, набита членами моих братьев. Мэлис почти полностью вошел, ангел. Ты сможешь принять его целиком?

От слов Рэнсома у меня замирает сердце, и, обернувшись, я вижу его, прислонившимся к дверному косяку. Его глаза уже темнеют от вожделения при виде подобной картины. Он скользит взглядом по моему телу, отмечая все места, где я соприкасаюсь с его братьями.

Я поднимаю голову, едва в состоянии говорить.

— Ты… ох, черт… ты присоединишься к нам?

Он улыбается и качает головой, поигрывая пирсингом на языке.

— Не-а. Раньше это была стезя Вика – наблюдать. Так что теперь моя очередь. Хочу посмотреть, как мои братья тебя оттрахают. Хочу услышать, как они заставят тебя кричать.

Он садится в красивое кресло у окна, а я вздрагиваю от осознания того, что у нас теперь есть зрители. Мы устраиваем шоу для него, и это заставляет меня чувствовать себя развратной и сексуальной.

Пальцы Вика снова начинают впиваться в мои бедра, а после я слышу стон. И это все предупреждение, которое я получаю, прежде чем он начинает вонзаться в меня снизу, проталкивая в меня свой член еще глубже.

Я открываю рот, ведь это и раньше было приятно, но теперь, когда Мэлис тоже наполняет меня, ощущения становятся еще более интенсивными.

И тут Мэлис тоже начинает двигаться.

— Черт, у тебя такая тугая задница, – ворчит он. – Не смог бы выбрать любимую дырочку, даже если б попытался. Они обе слишком хороши.

Я раскачиваюсь между ними, стараюсь двигаться им в такт. Парни находят свой ритм – один входит, другой выходит, и каждый толчок сильнее предыдущего.

— Черт, – всхлипываю я. – Я так близко.

— Вик уже почти готов кончить, – звучит у меня в ухе хриплый голос Мэлиса. – Но он сдерживается ради тебя. Потому что хочет, чтобы тебе было хорошо. Он не кончит, пока ты этого не сделаешь, солнышко. Вот как сильно, твою мать, он тебя любит. Ты кончишь на него, мм? Кончишь на наши члены, выкрикивая наши имена?

Я киваю почти отчаянно. Теперь меня накрывает лишь сплошное удовольствие, границы между болью и обжигающим жаром стираются, а после и вовсе исчезают. Пока не остаюсь только я, пытающаяся дышать, удержать в себе их члены, несмотря на то, что они чертовски большие, и ощущение, что я вот-вот разорвусь на части от кайфа.

— Пожалуйста, Вик, – выдыхаю я, заглядывая ему в лицо. Я вижу, что он полностью потерял контроль над собой и вот-вот отдастся этому ощущению. – Пожалуйста. Кончи со мной. Дай мне это почувствовать.

Он тихо чертыхается, а затем срывается.

Его бедра поднимаются вверх в последний раз, глаза закрываются. Я чувствую, как первая струя его спермы попадает внутрь меня, и это похоже на искру, от которой разгорается костер. Все, что накапливалось во мне – удовольствие, боль, это восхитительное напряжение и трение – все это взрывается в порыве, который почти разбивает меня вдребезги.