Книга Прекрасные дьяволы, страница 149 – Ева Эшвуд

— Что…

Я качаю головой, до того, как она успевает сказать что-нибудь еще. До того, как снова пытается раскрутить все так, чтобы я почувствовала к ней жалость.

— Нет, я не хочу ничего слышать. Это, черт подери, в последний раз. Ты лгала мне и манипулировала мной всю мою жизнь, а теперь делаешь это и с другими людьми!

Мисти, должно быть, наконец понимает, о чем я говорю, потому что уголки ее губ поджимаются, а подбородок вызывающе приподнимается.

— Все не так, – принимается оправдываться она. – Все, что я когда-либо делала, было ради тебя. Все, что я делала, было попыткой сохранить крышу над головой и продукты в холодильнике. Я не знаю, почему ты так сильно ненавидишь меня за это. За то, что я пыталась заботиться о тебе.

Все та же старая песня. Я пытаюсь ожесточить свое сердце. Каждый раз, когда я близка к тому, чтобы оборвать ее или сказать, что между нами все кончено, она придумывает какой-нибудь способ удержать меня. Чтобы я продолжала думать, будто я ей небезразлична и что она все это сделала для меня, а не в своих корыстных целях.

— Перестань врать! – кричу я. – Хотя бы раз в жизни перестань мне врать. Оливия предложила оплатить твою реабилитацию. И что же? А как насчет твоих слов, что ты собираешься завязать?

Она закатывает глаза, упирая руки в бока.

— Я отказалась. Мне не нужна помощь какой-то самодовольной сучки, которая ничего обо мне не знает. Она уж точно не будет указывать мне, что делать. Могла бы просто дать бабок, и я бы использовала их, чтобы завязать. Но я не позволю, чтобы со мной обращались как с ребенком.

Мои руки сжимаются в кулаки, я слышу, как кровь стучит в висках.

— У тебя всегда есть оправдание, не так ли? – шепчу я, а глаза горят. – Так много гребаных оправданий. Так много всякой чуши. Люди пытаются тебе помочь, а ты швыряешь эту помощь им в лицо.

— Не говори так со мной. – Мисти хмурится. – Я все еще твоя мать.

— Боже, остановись! Просто прекрати. Я давала тебе столько шансов. Даже после всего, что ты сделала! Ты лгала мне, ты крала у меня, ты причиняла мне боль. Но я, черт возьми, всегда была рядом с тобой! Когда ты теряла сознание в собственной блевотине, когда к тебе приставал какой-нибудь придурок, или ты отрубалась на обочине дороги, я всегда была рядом, и ради чего? Чтобы ты могла разрушить мои отношения с единственной настоящей семьей, которая у меня есть?

Мисти запрокидывает голову и выглядит почти удивленной силой моих эмоций. Может, она не ожидала, что я стану так сильно сопротивляться ей. Я снова и снова позволяла ей выходить сухой из воды, так почему бы ей не подумать, что и в этот раз все будет так же?

Но это не так. С меня хватит.

— Я заботилась о тебе, – говорит она, и ее голос становится немного жалобным. Она делает шаг вперед. – Без меня ты бы торчала где-нибудь в приюте.

— Да? Что ж, может, так было бы даже лучше, – говорю я холодным и твердым голосом. – Может, мне не пришлось бы в детстве нянчиться со взрослой, которая никогда не могла справиться со своей гребаной жизнью. Но знаешь, что, мам? С меня хватит. Я больше не хочу, чтобы ты была в моей жизни. Мне надоело расхлебывать твою кашу и играть по твоим правилам. Хватит. А еще знаешь, что? Это не потому, что я наконец-то нашла настоящего кровного родственника. Это потому, что ты всегда была ужасным подобием матери.