Книга Прекрасные дьяволы, страница 158 – Ева Эшвуд

— Это могло бы полностью изменить мою жизнь, – говорит Уиллоу. – Я имею в виду, Оливия – моя семья, и у нее куча связей. Она знает практически всех, кто хоть что-то значит в этом городе и, наверное, за его пределами тоже. Я могла бы с головой уйти во все эти дела. Научиться ее ремеслу. Могла бы бросить учебу, как она хочет, так как диплом мне не понадобился бы. Я, если честно, понятия не имею, кем хотела стать, просто мечтала улучшить свою жизнь. Чтобы стало лучше, чем раньше, понимаешь? И этот шанс может мне это дать. В очень даже серьезном ключе.

Я слушаю ее рассказ. Она перечисляет много достоинств этого шанса, но почему-то до сих пор выглядит так, будто сомневается.

Определенно, не мне указывать ей, что делать, но я поделюсь своим мнением.

— Я помню, ты была очень привязана к колледжу, когда жила у нас, – говорю я ей. – Ты скучала по занятиям и хотела вернуться.

Уиллоу кивает.

— Знаю. Но, учитывая все новые возможности, которые передо мной открываются… не знаю, может, я просто цепляюсь за колледж из-за упрямства, а может, так для меня реально будет лучше. Ох, я просто не знаю.

Я наблюдаю, как на ее лице пляшут эмоции, и притягиваю ее немного ближе к себе на сиденье мотоцикла.

— Можно тебе кое-что сказать? – внезапно спрашивает она, и ее прелестные карие глазки сияют.

— Конечно. Ты можешь рассказать мне все, что угодно.

— Иногда… иногда я все еще чувствую, что мне не место в том мире. Оливия так много сделала для меня, так много сделала для того, чтобы я чувствовала себя желанной гостьей, но какая-то часть меня всегда чувствует, что я туда не вписываюсь.

Я киваю. В этом есть смысл. На мой взгляд, она стоит миллиона тех людей, с которыми общается Оливия Стэнтон, но это все равно не поможет ей чувствовать себя там в своей тарелке.

А это чувство, когда думаешь, что ты чужак в каком-то месте? Сомневаешься в своем месте в мире? О, об этом я знаю не понаслышке.

Секунду я колеблюсь, обводя узор на ее спине кончиками пальцев и погружаясь в свои воспоминания. Когда я снова заговариваю, мой голос звучит тихо.

— Да. Я понимаю, как это бывает. Я никогда никому этого не говорил, но Мэлис и Виктор – мои сводные братья. У них общая ДНК, и иногда мне кажется, что я тоже не вписываюсь.

Глаза Уиллоу широко распахиваются, губы приоткрываются в легком вздохе.

— Я… Я понятия не имела, – шепчет она.

— Они тоже.

Я пожимаю плечами, немного откидываюсь назад и выдыхаю. Ее брови удивленно приподнимаются.

— Правда? Я думала, у вас троих все общее.

— В основном, да, – отвечаю я ей. – Просто… черт, не знаю. Я еще не нашел способа сказать им об этом. Наверное, какая-то часть меня боится. Что это заставит их смотреть на меня по-другому, если они узнают, что мы не полноценные братья.

Уиллоу протягивает руку и нежно гладит меня по руке. Мне приятно, что она здесь, что я рассказываю ей об этом, и что это не меняет ее отношения ко мне.

— Так у вас одна мама? – спрашивает она.

Я фыркаю, качая головой.

— Если бы. Наш папаша изменял Диане – матери Вика и Мэла. Такой он был, этот кусок дерьма. Потом та женщина от него залетела, родила ребенка. Меня. Мне было меньше года, когда она умерла, и наш дорогой папочка, скорее всего, хотел оставить меня тому, кто найдет. Но Диана узнала и сказала, что сама меня воспитает.