Книга Ремонту не подлежит, страница 37 – Лорен Форсайт

Тола рассмеялась.

— Не спорю, парень красивый. По нему видно, что он больше не пригласит ее в «KFC». Она хорошо над ним поработала, превратила его в мужчину, который ей нужен.

— У него всегда хорошо получалось подстраиваться. Он любит нравиться. Хамелеон, легко вливается в любую компанию, приспосабливается к любой ситуации. В подростковом возрасте, если ему нравилась девушка, он мог полностью изменить свою личность. То изображал из себя спортсмена, то чувствительного и ранимого романтика. Он точно знал, как влюбить в себя девчонку.

— Почему у меня такое чувство, что тут не обошлось без тебя?

Я пожала плечами.

— Наверно, ты права. Я помогала ему с учебой и с девушками.

— Научила его подкатам? – рассмеялась Тола.

— Научила быть идеальным бойфрендом. И не ему обвинять Ники, что она играет роль. Он делал это с раннего детства. Если она сказала ему, каким хочет его видеть, он и подстроился. В этом весь Дилан. Думаю, мы ей не нужны.

— Но мы должны исправить один недочет: у него слишком мало подписчиков. Знаю, он плохо с тобой обошелся, но мне его отчасти жаль. Парень понятия не имеет, с кем связался.

— Что ж, удачи им обоим, – фыркнула я и подняла бокал. – Надеюсь, мы больше никогда их не увидим.

— Месяц, чтобы заставить его сделать ей предложение, а все ради чего? Ради свадебного шоу… – Тола покачала головой, подняла бокал и чокнулась со мной. – Мне приходилось иметь дело с инфлюэнсерами, но такого я еще не видела.

— Что ж, по крайней мере, вечер хорошо закончился. – Я обвела жестом стол. – Хорошая еда, хорошая компания и интересная история.

— Да, это, конечно, здорово. Но тебе не любопытно? Не хочешь вернуться туда, встряхнуть его хорошенько и спросить, почему он притворяется? Узнать правду? Мне бы очень хотелось узнать.

— Этот человек мне не друг. Когда-то он им был, но будущего на кладбище не ищут.

— Да ты кремень, – рассмеялась Тола.

— Зачем бередить старые раны? – тихо проговорила я. – Что было, то прошло.

Мы расплатились по счету, а я задумалась, как Тола преподнесет эту историю Эрику завтра. По пути домой мы хохотали в метро, перейдя к другим темам – обсуждали общих знакомых из офиса и их глупые проделки, планы на следующего клиента «Ремонта судьбы», любовные драмы друзей Толы, двадцатилетних и крутых, не то что мы с Эриком. На станции Кингс-Кросс мы разошлись, она крепко меня обняла, без предупреждения развернулась и почти на ходу впрыгнула в поезд.

Но вечером, лежа в теплой уютной постели, я не могла уснуть. Я видела дерзкие глаза Дилана: он словно ждал, что я первая сломаюсь, перестану притворяться и спрошу его, что, черт возьми, происходит. Я раз за разом переписывала сценарий нашей встречи в воображении, пытаясь переиначить все так, чтобы мне было не больно. Вот мы тепло приветствуем друг друга и расстаемся друзьями… Как бы все прошло, если бы мы просто встретились без Ники, если бы я столкнулась с ним на улице или ужиная с Толой?

Мне было стыдно признаваться, что я обрадовалась, когда его увидела, что у меня промелькнула мысль – это же мой друг, ура! Я злилась на себя. Я испытывала сильное раздражение, но это не помешало мне в час ночи наконец сдаться, взять телефон и начать гуглить Дилана Джеймса.

Я держалась десять лет. Десять лет соблюдала строгие ограничения и отказывала себе в новостях о Дилане. Мама как-то видела его отца в магазинчике рядом с домом и сказала мне об этом, но даже тогда я сменила тему. Не хотела знать, наладил ли он отношения с отцом, навещал ли его.