Книга Вместе или нет, страница 96 – Ава Уайлдер

Она покачала головой.

— Не вижу смысла. А ты?

Он тоже покачал головой.

— Может, придумаем что-нибудь? ― спросила Лайла, но увидев испуг в его глазах, поспешно добавила: ― Я имею в виду для нас всех. Наплевать на День благодарения, но впереди длинные выходные, и я уверена, что здесь останемся не только мы.

— И что можно придумать? Взять еду навынос и съесть в каком-нибудь из наших номеров? Будет столпотворение.

— Да, и это удручает. ― Она откусила от пончика еще кусочек и задумчиво пожевала. ― Может, снимем на сутки какие-нибудь апартаменты? А приготовим все сами.

Шейн приподнял бровь.

— Ты умеешь готовить?!

— А почему это тебя так удивляет?

— Просто… я никогда не видел, чтобы ты готовила.

Возразить было нечего. При нем она даже тосты никогда не поджаривала. Да и вообще, она, наверное, по пальцам могла пересчитать, сколько раз за последние девять лет готовила себе еду.

Они вновь замолчали, поскольку все темы для натянутой светской беседы, кажется, закончились. Лайла доела пончик, недоумевая, что они все еще так странно себя ведут. Хотя, с другой стороны, ее озадачивал каждый новый нюанс, проявлявшийся в их отношениях.

Оставалось только признать: то, кем они были друг для друга, не поддавалось никакой классификации ― разумеется, больше, чем коллеги, но и не друзья, хотя уже и не враги. Еще несколько недель назад они бы обязательно рассорились в пух и прах, а теперь между ними возникло напряжение иного рода ― более сложное и волнительное, чем взаимная враждебность.

Возможно, и Шейн не менее остро осознавал, что они сидят в гостиничном номере ― впервые оставшись наедине с тех пор, как поговорили на лестничной клетке. Она опустила взгляд на ужасный ковер на полу и сглотнула, почувствовав, как неприятно пересохло в горле. Присев, она достала из мини-бара бутылку воды.

Шейн поерзал в кресле.

— Ну и… ты что-нибудь слышала об этом парне по имени Иона?

— Если честно, ― сказала Лайла, выпрямляясь и отвинчивая крышку, ― ничего хорошего. Конечно, он добивается результатов, и, скорее всего, именно поэтому его продолжают приглашать на проекты, но, мне сказали, он часто ведет себя на площадке как настоящий самодур. И не боится делать миллион дублей, если ему что-то не нравится.

Шейн нахмурился.

— Что? ― спросила Лайла, закатывая глаза. ― Неужели я такая ужасная, потому что слушаю сплетни и заранее его осуждаю?

Он покачал головой.

— Нет. Просто… надеюсь, он удовлетворится нашим поцелуем в пределах первых ста тысяч дублей.

Уголком рта Шейн изобразил полуулыбку.

Внутри у Лайлы все сжалось. Она знала, что ей придется раз за разом целовать Шейна на глазах у всей съемочной группы, но ей и в голову не приходило, что, возможно, она будет делать это десятки, а то и сотни раз по прихоти капризного режиссера.

Она подняла брови, чтобы Шейн не заметил, как сильно это ее встревожило.

— Волнуешься, что забыл, как это делается?

— За последнее время никто не жаловался.

Он встретился с ней взглядом, и температура в номере моментально подскочила на несколько градусов.

Лайла не хотела думать ни о чем, что было с этим связано. Ни о том, как они целовались в последний раз. Ни о тех, кого он, возможно, целовал после нее, а может, и не целовал. Ни о том, целовал ли ее когда-нибудь кто-то лучше, чем он.