Книга Вместе или нет, страница 97 – Ава Уайлдер

Шейн посмотрел так, будто хотел сказать что-то еще, но вместо этого встал и потянулся, стряхнув с рубашки несуществующие крошки. Против воли Лайла почувствовала, как глаза ее широко открылись, когда Шейн приблизился к ней, однако он прошел мимо и остановился перед коробкой с пончиками. Помедлив, он посмотрел на нее, будто спрашивая разрешения, и лицо его вдруг удивленно вытянулось.

— На тебе что, косметика?

Лайла моргнула.

— А? Нет. Почему ты спрашиваешь?

— Что случилось с твоими веснушками?

Ее рука взлетела, прикоснувшись к щеке, и опустилась обратно.

— О! Я убрала их лазером.

— Ты их удалила?!

Брови Шейна сошлись на переносице.

— Я не специально! Это побочный эффект. Пыталась скинуть несколько лет радикальней, чем это можно сделать, редактируя страницы в «Википедии».

Он повернулся к коробке с пончикам, открыл крышку и уставился на содержимое.

— Очень жаль.

— У меня их еще много в других местах, ― машинально пробормотала она, но тут же пожалела об этом, когда его пристальный взгляд окинул ее с головы до ног.

— Я знаю, ― сказал он обыденным и ничуть не похабным тоном, однако это не помешало ей почувствовать, как все ее тело охватило жаром.

Не дожидаясь ее ответа, Шейн взял еще один пончик.

— Ладно, увидимся внизу, ― произнес он, после чего затолкал пончик в рот и направился к двери.

Шейну потребовалось всего пятнадцать минут общения с Ионой Демпси, чтобы удостовериться: слухи о режиссере, пересказанные Лайлой, отнюдь не были преувеличением. Даже наоборот: образ его был явно приукрашен.

Поначалу Демпси показался весьма невзрачным: худой, жилистый, с румяным лицом и туго зачесанными назад каштановыми волосами. Но когда Шейн пожал ему руку и поблагодарил за то, что он согласился поучаствовать в съемках ванкуверских эпизодов, Иона высокомерно вскинул голову и ухмыльнулся. Несмотря на то, что Демпси был сантиметров на десять ниже Шейна, ему все равно каким-то образом удавалось смотреть на Шейна свысока.

— Всегда пожалуйста, чувак. Прикинь, это любимый сериал моей мамы. И это так умиляет меня!

Во время читки Демпси почти не отрывался от телефона, а в какой-то момент даже вышел из комнаты, чтобы ответить на звонок.

И эта небрежность продолжилась, когда они приступили к съемкам. График съемок, указанный в извещении о вызове, оказался фикцией, поскольку чрезмерные требования Ионы к настройке камер и амбициозный стиль режиссуры приводили к тому, что каждая сцена снималась часами.

В конце третьего дня, когда Иона последовательно довел до слез ассистентку режиссера, актрису массовки и ответственного за питание, Шейн отвел Уолта в сторону.

— Послушай, Уолт, это просто никуда не годится. Он унижает всех подряд. Не думаю, что он настолько талантлив, чтобы все это терпеть. Что за игру он тут затеял?

Уолт беспомощно развел руками.

— У меня нет права голоса в этом вопросе. Телеканал решил пригласить его, и переубедить их невозможно. Ты ведь знаешь, кто его отец?

Шейн не знал, но то, что этот аргумент оказался на первом месте, многое прояснило.

— В нашем бизнесе полно говнюков, ― продолжил Уолт. ― Нам еще повезло, что никто из них не работает с нами на постоянной основе. Это всего на три недели. Придется смириться.

Каждый вечер в автобусе, который отвозил съемочную группу в отель, царила мертвая тишина: половина пассажиров спала, остальные угрюмо смотрели в окна. Едва добравшись до постели, Шейн вырубался, и почти сразу же начинал звенеть будильник ― во всяком случае, так ему казалось.