Книга Украденная. Лакомка для Зверя, страница 20 – Дима Льевич

За домом оказывается деревянная лестница, ведущая прямиком на второй этаж. Скрипучая, но вроде крепкая, раз выдерживает вес этого здоровяка.

— После тебя, малышка.

Он пропускает меня вперед и шаг в шаг поднимается за мной. Уже на самом верху открывает застекленную дверь в большую светлую комнату, буквально студию — по размерам такую же, как и весь первый этаж, только без каких-либо стен и перегородок. Лишь окна, много окон, из которых солнце ну прямо-таки заливает все вокруг. И у дальней стены стоят много-много холстов, натянутых на деревянные подрамники; два, нет, даже три мольберта — средний, побольше и прям большой такой, под разные размеры картин.

— Проходи, не бойся.

А я как раз и боюсь. Боюсь ступить через порог, потому что просто заворожена всей неожиданностью увиденного.

— Ну же. — Мужчина проходит вперед и протягивает мне руку.

Принимаю ее и иду за ним. Осторожно шлепаю в тапочках по паркетному полу к столику. Вижу на нем множество разных инструментов. Кистей, спонжей всяких, салфеток. Баночки с красками стоят. Запечатанные в прозрачную пленку палитры.

Проходя вдоль длинного стола, скольжу пальцами по всему этому и оборачиваюсь на мужчину.

— Да, Катенька, это все для тебя. Весь этаж. Чтобы ты могла продолжать заниматься любимым делом, когда только захочешь и сколько захочешь. И... Ну… Не спрашивай, почему я решил… Тебе ведь некуда идти, правда? А я вот, видишь, и не хочу, чтоб ты уходила.

— Вижу… — произношу слегка дрожащим от наплыва эмоций голосом. — Артур. Почему ты это делаешь для меня?

— Кать, ты необычная. — Он подходит ближе и кладет теплую ладонь мне на щеку. — И мне хочется тебя радовать. Может, это как-то и неправильно. Очень своеобразно. Но я не знаю, как надо. И надеюсь, ты мне поможешь понять и научиться. А еще я, кажется…

— Не говори, если сложно. Мы ведь никуда не торопимся, верно? — произношу с теплой улыбкой, прерывая признание, не будучи уверена, что смогу прямо сейчас верно отреагировать. В голове все снова перевернулось вверх дном за последние десять минут. Да, я улыбаюсь, но внутри сильно ошарашена осознанием того, что именно мужчина пытался сказать и что он действительно слишком торопит события, которых, если разобраться по сути, вообще не должно было и быть.

— Верно. Но я могу сказать вот так, — шепчет он, запуская пятерню мне в волосы на затылке. И наклоняется, чтобы поцеловать. Минует губы и сразу припадает к шее. Оставляет на коже долгий мокрый след, неотрывно спускающийся к ключице. А руки его уже вовсю блуждают по моему телу, одна из которых, не занятых волосами и грудью, уже ныряет мне в шорты.

— Ммм, ты уже в трусиках.

Черт, как же резко он переходит к делу. И как же сильно меня это заводит. Мне всегда казалось, что нужны долгие прелюдии, ласки. А теперь четко понимаю, по крайней мере с этим человеком, что достаточно одного дыхания, одного его шепота мне на ушко, и я уже мокрая, а в животе завязывается тугой узел желания. Мысли вмиг путаются, будто все возбуждение вытесняет весь здравый смысл, выключает мозг и заполняет все мое тело без остатка, до краев.

— Да, но…

— Ты не хочешь?

Что?

Не ожидала такого вопроса в лоб. Я вообще не ожидала когда-либо вопросов о том, хочу ли я секса. Думала, он всегда просто будет брать меня тогда и там, где хочет. И так, как хочет.