Книга Ты под запретом, страница 73 – Лена Бонд

— Специально, чтобы привести сюда тебя, — серьёзно отвечает он. — Это, конечно, не вид из ваших башен Москва-сити, но тоже неплохо.

Я поворачиваюсь к нему лицом.

— Это намного лучше, — честно говорю я. — Здесь всё настоящее. Живое.

Илья смотрит на меня с такой нежностью, что у меня подкашиваются колени. Но вдруг он словно спохватывается.

— Это ещё не всё! — восклицает он с мальчишеским энтузиазмом.

Илья снимает с плеча рюкзак и начинает доставать из него термос и несколько контейнеров. Я с теплотой наблюдаю, как он организовывает что-то вроде пикника: раскладывает на столике ягоды, фрукты и даже ароматный пирог, от которого исходит сладкий запах сдобы и ягод.

— Пирог испекла мама, — говорит он, расставляя еду. — Он с вишней. Мама последние полгода практически не выходит из дома и готовит редко, но сегодня особенный день, потому что она решила приготовить пирог по своему фирменному рецепту.

Я замечаю, как меняется его лицо, когда он говорит о маме, становится одновременно нежным и грустным. В его глазах появляется тень боли, которую он пытается скрыть, но я всё равно замечаю.

— Прости, что не познакомил вас, — добавляет он, не глядя на меня. — Она сильно болеет и не привыкла к гостям. Наш единственный постоянный гость — это фельдшер из соседнего поселка, которая приезжает раз в две недели проверить её состояние.

Я вижу, что это болезненная тема для Ильи, поэтому подхожу к нему и помогаю разложить еду, желая хоть как-то поддержать его.

— Ничего страшного, — мягко произношу я, касаясь его руки. — Я всё понимаю. Мы можем познакомиться в другой раз.

Илья поднимает на меня взгляд, и в его глазах загорается огонёк надежды, который согревает меня изнутри.

— То есть ты не против познакомиться с моей мамой? — спрашивает он с улыбкой. — Это серьёзный шаг, я польщён. Как быстро всё меняется. Ещё недавно ты обзывала меня самыми последними словами. Дай-ка вспомнить: самоуверенный деревенщина, что ещё там было? Давай помогай.

Я чувствую, как мои щёки заливает румянец при воспоминании о том, как грубо я вела себя с ним вначале. Мне становится стыдно, но в то же время я не могу не улыбнуться его подколу в мой адрес.

— За это время ничего не изменилось, — отвечаю я, стараясь звучать невозмутимо. — Ты по-прежнему самоуверенный деревенщина.

— Но тебе же это нравится, да, принцесса? — Илья смотрит на меня с лукавой улыбкой и подмигивает.

Я демонстративно закатываю глаза, и Илья смеётся в ответ, да так заразительно, что я не могу не улыбнуться в ответ.

Когда мы заканчиваем раскладывать еду, я оглядываюсь в поисках посуды.

— А из чего мы будем пить чай? — спрашиваю я.

Илья шутливо бьёт себя по лбу.

— Чёрт, торопился и забыл, — он виновато улыбается, но тут же предлагает выход. — Но у нас есть крышка от термоса.

Он наливает горячий ароматный чай в широкую ёмкость и протягивает мне. Пар поднимается от напитка, окутывая нас своим теплом и ароматом.

— Ты же не против пить из одной кружки? — уточняет он с усмешкой. — Твои микробы уже хорошо знакомы с моими.

Я улыбаюсь, вспоминая наши поцелуи.

— Не против, — отвечаю я, принимая чай.

Илья садится на деревянный диван и притягивает меня к себе на колени. Он накрывает нас пледом, чтобы я не замерзла, и я устраиваюсь поудобнее, чувствуя, как утопаю в его объятиях. Мне так хорошо рядом с ним, спокойно и одновременно волнующе.