Книга # И всё пошло прахом, страница 34 – Кира Сорока

Рамиль

Долгий подъём в горы, потом привал. Водопад какой-то убогий, пересохший от долгого отсутствия дождя. Спуск…

Так себе экскурсия. Да и мать еле идёт.

Беру её под локоть, помогаю спускаться.

— Если сейчас будешь шутить о нашем с папой возрасте, я тебя поколочу, — смеясь, говорит она.

— Ну какой возраст, ма? Вон, глянь на батю, пытается идти впереди сопровождающего.

Мама тихо хихикает, глядя на отца.

Спуск занимает у нас намного меньше времени, чем подъём, и уже через полчаса мы грузимся в автобус. По плану ещё смотровая, чайная плантация, дольмены…

Мля… Когда это всё закончится?

Возле каждого дерева, на каждом камне я притормаживаю, чтобы попробовать поймать связь. Хочется списаться с Таей, но сеть нигде не ловит.

Встретимся ли мы сегодня?

После жарких поцелуев в такси вчера мы с ней попрощались. И Тая попросила её не провожать.

Вот так! Девчонка мною дирижирует, как хочет. А я подчиняюсь. Друзья бы застебали меня, узнай о таком. Мы же, блин, мачо! Альфачи. Девчонки — это так, лишь средство для достижения удовольствия.

Но с Таей всё не так...

Возвращаемся в отель, уже сильно опоздав на обед. Приняв душ и переодевшись, плетусь с родителями в ресторан на набережную. Мама очень долго изучает меню, ведь мы ещё здесь не ели. Наконец делаем заказ. Ждём.

Положив телефон на стол, периодически проверяю ВК. Тая не в сети. И её не было с самого утра.

Пишу ей сообщение.

«Где ты? Занята?»

— Так что насчёт Красной поляны? — спрашивает мама, обращаясь ко мне. — Может, завтра поедем?

— Я не могу.

Отец глухо смеётся, но в этом смехе нет ничего добродушного.

— У тебя что, расписан весь день? Смотри, какой занятой!

— Расписан, да, — усмехаюсь я. — Пап, да хорош! Я что, на лыжах ни разу не катался? Дай хоть в отпуске немного побалбесничать без всяких физнагрузок.

— Кстати, да, — кивает мама. — Я как-то не подумала, что ты и так устаёшь на своих сборах.

— Ну ты его ещё под юбку спрячь, — бурчит отец.

В этот момент от Таи наконец-то приходит смска.

«Привет. Сейчас я занята. А вечером у нас шоу. Может, после него получится увидеться. Но это неточно».

Хмурюсь.

Судя по её сообщению, нет никакой уверенности в том, что мы вообще пересечёмся сегодня. От этой пары строчек меня обдаёт холодом… Ну или я совсем уж загнался, и сам себя накручиваю.

Строчу в ответ:

«Я сто процентов приду на шоу. Так что, увидимся. Но хотелось бы раньше».

Сообщение прочитано, но Тая тут же выходит из сети.

А вчера у нас вроде хорошо всё было… Жарко и сладко до мурашек.

Губки её нежные, тихие стоны удовольствия... Когда мы целовались, она цеплялась за мою футболку, комкая её в кулаке в порыве чувств.

Весь воспламеняюсь от воспоминаний…

— Рамиль, ешь, пожалуйста, — мама проводит рукой по моему запястью.

Оказывается, нам уже всё принесли. Заглатываю еду, особо не чувствуя вкуса. Пялюсь на прохожих, перемещающихся по набережной бурным потоком. Смотрю на пляж и спокойное море.

На душе — полнейший пипец...

— Пап…

— Мм?

— Чисто гипотетический вопрос: я могу отказаться от брака?

Не знаю, зачем спросил, мля... Вот просто вырвалось, и всё.

Отец сводит брови к переносице и сухо отрезает:

— Нет, не можешь.

Мама вновь касается моей руки.

— Но мы можем это обсудить.

— Нет, не можем! — отрубает отец. — Фирма Азимовых и наша нуждаются в слиянии. Иначе нас обоих раздавят европейские конкуренты. Мало просто объединить бизнес, Рамиль. Нет ничего лучше, чем гарантии, которые дают семейные связи. И либо ты женишься на Лейле и получишь всё, либо её брат женится на девушке из другой семьи — и тогда не видать нам никакого слияния. Ясно?