Книга Попробуй меня остановить, страница 121 – Кира Сорока

Прежде чем уйти, Остап успевает прошептать:

— Не выключай телефон вечером.

Остап

Бодро шагая по коридору больницы, могу думать лишь о снежинке. Мне пришлось попрощаться с ней на физкультуре, я не смог проводить её, потому что мне назначили встречу с лечащим врачом мамы. Но я приставил к Варе «хвост», и пару минут назад мне пришло сообщение, что снежинка благополучно добралась до дома.

Всё, конечно, немного вышло из-под контроля, начиная от чувств, которые я не смог контролировать, заканчивая девчонками из школы, которые с какой-то стати претендовали на меня.

Звонки и сообщения от неизвестных девиц мне приходят ежеминутно. Чего они пытаются добиться? Моего внимания? Но моё внимание теперь отдано лишь одной, пора смириться!

А ещё из-под контроля вышел Нестеров, захлебнувшийся в собственной мести. Он якобы мстит за свою покойную тётку, которой наставлял рога Аверин, спутавшись с моей мамой. Но это какая-то тупая причина. Почему бы ему не мстить и Аверину тоже?

В общем, там на самом деле всё намного глубже, чем может показаться…

Замираю возле нужного кабинета. Дверь немного приоткрыта, и я заглядываю внутрь. За столом сидит довольно молодой врач.

— Войнов, верно? – сразу угадывает, кто я. – Проходите.

Я решительно вхожу и приближаюсь к столу. Сразу падаю на стул, стоящий напротив.

— Меня зовут Глеб, – представляется врач. – Вижу, ты пацан молодой, так что давай без формальностей. Я могу называть тебя Остапом?

— Да, можете… можешь.

Я немного сомневаюсь в том, могу ли ему «тыкать». На вид врачу не больше тридцати, хотя, может, и меньше.

— Хорошо, – коротко улыбнувшись, парень раскрывает медицинскую карту – предположительно, моей мамки. – Хочу сразу успокоить тебя, Остап: сейчас с твоей мамой уже всё нормально. Она чувствует себя хорошо и адекватно оценивает свои поступки.

Я не понимаю…

— Что она оценивает адекватно? – всё-таки не могу не спросить.

— То, что употребляла сильнейшие антидепрессанты в огромном количестве. И делала это осознанно и целенаправленно. Эти препараты, к счастью, не повлияли на здоровье ребёнка. Но вот стресс, с которым она не справлялась, намеренное голодание, постоянное переутомление – всё это могло повлиять. Нужно обследование. Нужно постоянное наблюдение за её здоровьем и здоровьем ребёнка. Моя рекомендация – оставаться здесь до самого начала родов.

— Ещё два месяца? – уточняю я с иронией.

Наверняка это будет стоить в разы больше, чем мне удалось достать.

— Да, два месяца, – игнорирует мой тон Глеб. – Хотя не уверен, что она сможет доходить до конца срока.

Я задумчиво разглядываю всё, что лежит на столе. Просто так. Ну или тяну время, чтобы придумать достойный ответ для отказа, не ссылаясь на отсутствие денег.

И так как я молчу, врач вновь начинает мне разжёвывать:

— Твоя мама, безусловно, пробудет в отделении наркологии ещё несколько дней. А потом мы переведём её в другое отделение для наблюдения за беременностью.

— Мы, наверное, не потянем, – признаюсь я, сжимаясь внутри от стыда.

Мы – бедные. Среди мажоров нашей школы я как НЛО. Думал, что давно смирился. Нет!

— А отец ребёнка? – осторожно интересуется Глеб. – Может, он сможет оказать какую-то финансовую поддержку?

Да, конечно! Прям разбежался и упал. Но вслух я говорю, коротко качнув головой: