Книга Попробуй меня остановить, страница 122 – Кира Сорока

— Нет, отец ребёнка не участвует во всём этом.

— Что ж… понятно. Извини. Вопрос снят. Тогда рекомендую после выписки из нашей клиники лечь на сохранение в родильный дом. Правда, направление я дать не смогу, только рекомендации…

Мне кажется, или он смотрит на меня, как на неудачника?

— Подождите, – я останавливаю его. – Хорошо, мама останется у вас и дальше. Просто скажите, сколько нужно денег.

— На самом деле не так уж и много. В основном, оплата пребывания в палате и обследований…

— Сколько? – вновь резко перебиваю его.

— Около ста пятидесяти тысяч. Плюс минус.

Пипец… Похоже, мне придётся работать как проклятому всё лето, чтобы отработать долги Гурееву.

— Хорошо, я найду деньги, – поднимаюсь со стула. – Я к маме пойду, лады?

— Да, иди. Только возьми мою визитку. По любым вопросам можешь звонить.

Забираю карточку, протянутую врачом, и спешу покинуть его кабинет. Мозгами я понимаю, что мы не в обычной больнице, и сто пятьдесят тысяч – не такие уж и великие деньги. Для кого-то! И этот кто-то может занять палату моей мамы, в то время как она будет наблюдаться непонятно где. К чёрту всё, я могу и поднапрячься ради неё! Она и так много выстрадала за эти годы.

Негромко постучав, заглядываю в её палату. Мама приподнимается с подушки, и когда наши взгляды встречаются, на её губах расцветает нежная улыбка. Подхожу к ней и сажусь рядом.

Мама выглядит намного лучше. К её щекам вернулся румянец. А взгляд стал абсолютно осмысленным.

— Я принёс тебе твой телефон.

Сняв с плеч рюкзак, начинаю в нём рыться. Достаю смартфон и зарядник. Положив всё на тумбочку, перевожу взгляд на маму.

— Сок тебе ещё купил. Твой любимый.

Извлекаю коробку из рюкзака, вручаю ей.

— Спасибо, – шепчет мама, и её глаза начинают блестеть от слёз. Она поспешно их смахивает, ставит сок на тумбочку возле кровати. – Не нужно было тратить деньги. И так это всё накладно, – обводит рукой палату.

— Не думай об этом, – отмахиваюсь я. – Главное, что сейчас ты в порядке. Врач, кстати, говорил тебе, что придётся здесь остаться?

— Да, сказал, что это необходимо для здоровья малыша. Но не думаю, что мы можем себе это позволить. Ты принёс мне телефон, теперь я смогу позвонить… – осекается.

— Кому, мам? – тут же остро реагирую я. – Аверину?

После некоторых раздумий она, наконец, отвечает, пряча взгляд:

— Нет. Ему я звонить не стану. Но деньги нужно у кого-то занимать.

— Я уже сказал – не думай об этом. Просто поправляйся скорее. И давай уже жить нормально.

Вижу, что теперь ей становится стыдно… Понятно, что мы уже очень давно не живём нормально, но если я смог её пристыдить, значит, мы на пути к этой самой нормальности.

Мама тянет ко мне руки, и я её обнимаю. Она шепчет мне слова прощения, но я давно ей всё простил. У меня же больше никого нет…

Хотя теперь у меня ещё есть Варя.

Провожу у мамы несколько часов. А прежде чем покинуть палату, вкратце рассказываю про родительское собрание и про то, что она должна позвонить директору и сообщить о причине своей неявки.

Не говорю маме о том, что я на грани отчисления. Потому что не планирую уходить из школы. Им меня ни за что не выкинуть!

И про Варю я маме тоже не говорю. Её ненависть к новой пассии Аверина видна невооружённым взглядом, и я в очередной раз убеждаюсь – Варю она не примет.