Онлайн книга «Твое любимое чудовище»
|
Открываю учебник по маркетингу, пытаюсь вернуться к схемам и таблицам. Получается плохо — голова забита Максом, логами, Филиппом. К четырём спина гудит от жёсткого библиотечного стула, а в тетради вместо конспекта — спирали и стрелки в никуда. Без пятнадцати семь собираю вещи. Библиотека закрывается. Надо выходить — а идти некуда. Домой нельзя, там гости. Может, к Жене? Она живёт в комнате в общежитии на территории кампуса, можно попроситься. Хотя она там не одна, у неё две соседки. Решаю прогуляться до дерева с лентами, чтобы как-то убить время. Последний автобус уходит в девять, и до дома Сабуровых я могу добраться на нём. Ну или на такси. Но если я вернусь так рано, вряд ли гости разойдутся. Мда… Что-то как-то я не продумала момент своего возвращения. А надо сделать это так, чтобы меня никто не увидел. Но есть же задний вход! Он ведёт на кухню, а оттуда можно попасть к боковой лестнице. Да, так и сделаю. У дерева останавливаюсь. Поднимается ветер, треплет ленты. Моя где-то там наверху, рядом с синей. Снизу их не видно. Телефон вибрирует входящим сообщением. «Посвящение первокурсников. Сегодня, 20:00. Старый флигель. Ночь от заката до рассвета. Кто не явится — пожалеет. Совет старшекурсников». Перечитываю, не веря своим глазам. Сегодня⁈ Все ждали через неделю… Тут же прилетает сообщение от Жени. «ТЫ ВИДЕЛА???» «Видела». «ЧЕРЕЗ ЧАС??? Я НЕ ГОТОВА!!!» «А к чему тут готовиться?» «МОРАЛЬНО!!! Уль, ты где вообще? Ты успеешь до флигеля добраться? Опаздывать нельзя». «Я рядом. Из библиотеки вышла». «Оо. Приходи к общаге». «Уже иду». Убираю телефон. Дерево шумит надо мной, ленты бьются на ветру. Ну вот и решился вопрос с возвращением домой. Не надо никакого заднего входа и боковой лестницы. Ночь в старом флигеле — и утром вернусь, когда гости уже разъедутся. Если, конечно, переживу эту ночь. В смысле — морально. Не сказать, что я сильно боюсь, но за неделю наслушалась всякого о Листермане. Да и флигель выглядит жутко, надо признать. Мрачная кирпичная коробка на задворках кампуса, заросшая плющом, с заколоченными окнами и просевшей крышей. Табличка на стене есть, но текст давно стёрся. И надо провести там ночь. В закрытом здании. В закрытом… Нет. Это большой зал. Там будет куча народу. Это не лифт, не чулан. Справлюсь. Женя ждёт у входа в общежитие. Бледная, с пледом под мышкой. В руке пакет. — Я взяла перекус, — объясняет она. — Если я умру, то хотя бы не голодной. — Ты не умрёшь. — Откуда ты знаешь? Может, там призрак Листермана бродит и жрёт первокурсников. — Листерман был учёным, а не каннибалом. — А вдруг совмещал? Не могу не фыркнуть. Женя — единственный человек, который умудряется рассмешить меня, даже когда всё паршиво. Идём через кампус. Вечер тёплый, но ветер усилился — гонит листья по дорожкам, треплет волосы. Проходим мимо стелы Эрнста Листермана — гранитной, строгой. «Разум без границ». Днём тут всегда полно студентов, а сейчас скамейки пустые, и надпись в сумерках выглядит не вдохновляюще, а как-то… зловеще. — Может, не пойдём? — Женя замедляет шаг. — «Кто не явится — пожалеет». Хочешь проверить, что они имели в виду? — Нет. — Тогда идём. У флигеля уже толпа. Весь первый курс — человек тридцать, наверное. Кто-то с пледами и спальниками, кто-то с термосами и пакетами из пекарни. Одна девчонка с огромным плюшевым медведем. Над ней смеются, но беззлобно. |