Онлайн книга «Папа в прокате»
|
Женщина снова окинула его оценивающим взглядом – на этот раз с нескрываемым уважением. — Для королевы, – она кивнула. – Понимаю. Дайте мне пятнадцать минут. Пока продавец колдовала над букетом, Василий Васильевич рассеянно бродил по магазину, рассматривая открытки и сувениры. Его взгляд упал на небольшую керамическую фигурку шпица – удивительно похожего на Людовика. — И это тоже, – решительно сказал он, поставив фигурку на прилавок. — Любит собак? – понимающе спросила продавщица, заворачивая букет в элегантную крафтовую бумагу. — Больше, чем людей, – усмехнулся профессор. – Во всяком случае, большинство людей. * * * Ровно в 17:29 – на минуту раньше назначенного времени – Василий Васильевич стоял перед дверью квартиры Ванессы Витольдовны с букетом лилий в одной руке и томиком Чехова в другой. Керамический шпиц был заботливо упакован и спрятан во внутренний карман пиджака. Он набрал в грудь побольше воздуха и нажал на кнопку звонка. За дверью раздался заливистый лай Людовика, а затем – стук каблуков по паркету. Дверь распахнулась, и перед Василием Васильевичем предстала картина, от которой у него перехватило дыхание. Ванесса Витольдовна была великолепна в темно-синем платье, которое подчеркивало ее тонкую фигуру. Волосы, обычно собранные в строгий пучок, сегодня были уложены в элегантную прическу, которая удивительно смягчала черты ее лица. — Василий Васильевич, – она кивнула с той особой, едва заметной улыбкой, которая, как он уже успел заметить, предназначалась только ему. – Вы, как всегда, пунктуальны. — Ванесса Витольдовна, – он склонил голову. – Вы… восхитительны. Людовик, крутившийся у ног хозяйки, заливисто гавкнул, словно требуя внимания. — И вы, сударь, тоже великолепны, – улыбнулся профессор, наклоняясь к шпицу. – Позвольте? – он протянул руку, и, к удивлению Ванессы, Людовик тут же подставил голову для поглаживания. — Удивительно, – она покачала головой. – Обычно он не доверяет мужчинам. Особенно тем, кто приходит в мой дом, были даже трагические случаи. — Возможно, у нас с ним общие интересы, – загадочно улыбнулся Василий Васильевич и протянул букет. – Эти цветы не сравнятся с вашей красотой, но я все же я осмелился… Ванесса Витольдовна приняла букет и на мгновение замерла, вдыхая тонкий аромат лилий. В ее глазах что-то мелькнуло – может быть, воспоминание? – но она тут же спрятала это выражение за привычной маской сдержанности. За годы одиночества и трех вдовств она научилась прятать свои эмоции надежнее, чем драгоценности в банковской ячейке. — Вы знаете язык цветов, профессор? – спросила она негромко, но с оттенком иронии. – Или это случайный выбор? — В мире литературы, – серьезно ответил он, – нет случайных символов. Лилия означает величие, благородство и… возрождение. Их глаза встретились, и Ванесса почувствовала, как что-то дрогнуло внутри – чувство, которое она давно списала в архив своей жизни, поставив на нем печать «более не актуально». Странно, но этот старомодный профессор с его твидовыми пиджаками и книгами Чехова умудрялся обходить все ее защитные барьеры с изяществом, которого она не ожидала. — Возрождение? – она приподняла бровь. – Амбициозная программа, Василий Васильевич. — В моем возрасте, – ответил он с легкой улыбкой, – амбиции – единственная роскошь, которую я могу себе позволить. |