Книга Тот, кто меня защитит, страница 82 – Даша Черничная

А потом ожидаемая команда и совершенно неожиданное признание от Бемби. Нет, я, конечно, предполагал, что она влюбилась в меня. Но услышать это было невероятно. Я хотел сказать ей так много. О своей любви и о том, что сделаю все, что, возможно, испытаю любую боль, но не откажусь от нее ни за какие богатства на свете.

Судьба — гребаная шутница, которая решила, что у меня бесполезная жизнь, наделив ее таким сокровищем.

Одно меня разочаровывает — Олины слезы. Не надо ей плакать по мне. Надо выдохнуть, прийти в себя и понять главное: сейчас она в безопасности, и это самое ценное. Ну а я? Я бывал в передрягах и похуже.

Не знаю, сколько проходит времени. В этой ярко освещенной комнате совершенно теряешься в пространстве и времени. По ощущениям, сейчас полночь, а может, и больше.

Ко мне никто не заходил примерно шесть часов. Живот урчит оттого, что дико хочется есть. Рот слипается оттого, что пить хочется еще больше, чем есть.

Башка раскалывается, глаза слезятся от яркого света. В какой-то момент я проваливаюсь в бессознательность, а может быть, просто засыпаю.

— Ты должен быть сильным.

— Пап, да никому я не должен ничего.

— Нет, Марат, однажды меня не станет, кто тогда позаботится о матери?

Чешу подбородок и криво улыбаюсь, поглядывая на часы. Меня уже наверняка заждались на гонках, а отец продолжает что-то втирать.

— У мамы есть ты — ее муж, вот и позаботишься.

Отец мрачнеет, подходит к бару и наливает себе стакан виски, больше, чем нужно.

— Меня может не стать в любой момент.

Отмахиваюсь от него:

— Что за бред, отец? Я погнал, — хлопаю его по плечу и, прокручивая на пальце связку ключей от «Порше», сваливаю.

Возвращаюсь под утро и уже с порога понимаю: случилась беда. Именно у нее запах ржавого металла. Отца нахожу в его кабинете. Отец лежит на диване, смотрит на меня немигающим взглядом, кругом кровь.

А рядом на полу мать. Она тоже кажется мертвой, но ее тихий стон выбивает меня из ступора, и я подлетаю к ней. Она бормочет что-то бессвязное. Уже после я пойму, что она прибежала на звук выстрела и потеряла сознание.

А еще чуть позже в дом пришли люди и показали документы, по которым выяснилось, что у отца огромный долг, расплачиваться за который предстоит мне.

Помню, как пришел на кладбище и орал, плевался, кидал в крест на могиле сырую землю. Отец просил меня быть сильным, а сам оказался слабаком, не сумевшим защитить свою семью.

Я никогда не стану таким как ты, отец, и буду нести ответственность за собственную жизнь и жизнь любимых людей до самого конца.

В лицо плещется ледяная вода, и я спешу облизать губы, параллельно выныривая из полусна-полувоспоминания.

Север сидит на стуле передо мной. Уставший, но, как всегда, собранный, готовый хоть сейчас вещать с трибуны.

— Поговорим? — холодно спрашивает он, и я киваю.

— Как спалось? — спрашивает Стас равнодушно-отстраненно.

— Как на облачке, — отвечаю ему в тон, и Босс хмыкает.

Я поднимаю взгляд и смотрю за его спину. Кот и Игнат стоят по обе стороны от двери. На лицах застывшая маска. Нет никаких смешков или ухмылок. Парни пришли сюда по приказу Босса не просто так. Знают, что нужно будет делать.

Марать руки.

Стас таким никогда не занимается, он прошел это давным-давно, еще с предыдущим боссом.