Книга Мой запретный форвард, страница 66 – Кейт Морф

Тренировка только закончилась, и ребята один за другим вываливаются из катка, смеются, толкаются и матерятся.

И самым последним появляется Анисимов. Весь насквозь мокрый, шлем и клюшка в руках, волосы липнут ко лбу, щеки раскраснелись.

И, конечно, этот самодовольный взгляд.

— Прячешься от меня, Терехова? — усмехается он и подлетает ко мне.

Я мгновенно отступаю и чувствую спиной стену. Он упирается свободной рукой в стену в сантиметре от моего лица.

— Ярослав, ты весь мокрый, — морщусь я. — Фу!

Он низко посмеивается.

— Так пахнет настоящий мужчина. Привыкай.

— Получил от отца за опоздание?

— Да. Но я свой косяк честно отработал.

Ярослав не двигается, смотрит на меня сверху вниз, глаза чуть прищурены.

— Ты на обследовании была?

Я закатываю глаза.

— Была, все нормально.

— Не врешь?

— Нет. Все, мне пора.

Он еще секунду изучает меня, будто пытается поймать ложь в моих глазах. А потом все-таки отступает, но, уходя, скользит пальцами по моему запястью.

— Тогда иди, — тихо говорит он. — Но, Полин…

Я поворачиваюсь.

— Что?

— Если что-то заболит, сразу ко мне.

— Ты теперь у нас врач?

— Угу. Хоккейный шаман.

Я обхожу его и быстро направляюсь по коридору. Сердце все еще бьется как после бега.

У кабинета ЛФК слышен гул: мужские голоса, смех, что-то гремит. Я уже хочу войти, но вдруг слышу имя Анисимова и замираю.

— А где это Яр всю ночь пропадал? — спрашивает Димон, я уже различаю их по голосам. — У блонды из группы поддержки?

Раздается громкий смех.

— Нет, — отвечает Демьян. — Он у Тереховой был.

Я слышу, как кто-то присвистывает.

— Они че, мутят? — это Пашка. — Василич его точно за яйца подвесит.

— Да не мутят они, — спокойно кидает Демьян.

Раздается какой-то шорох, я прислушиваюсь.

— Василич сам подошел к Яру и попросил, чтобы он с Полинкой подружился. Чтобы та не улетела в Канаду со своим бальником.

Снова слышится смех, а у меня внутри все разлетается на осколки.

Вот и все. Вот зачем было все это. Ночные разговоры, провокационные взгляды, лед посреди ночи, шарики, поцелуй…

Показуха. Спектакль. Постановка.

Чтобы я осталась, чтобы послушная девочка не сорвалась обратно в Канаду.

Внутри все обрывается. Я медленно достаю телефон из кармана, экран вспыхивает. Пальцы дрожат, но я все равно продолжаю искать нужное имя.

И, нажав на вызов, жду, когда пойдут гудки.

Яр

Раздевалка гудит, как улей, а я сижу в углу в наушниках и настраиваюсь на игру.

Вот и долгожданный финал. Самый важный матч в сезоне.

Нам предстоит выйти против «Металлистов». Там все огроменные шкафы, удары такие, что нашего Димона снесет вместе с воротами.

Но мы заряжены, Василич постарался.

Все уже завязали шнурки, кто-то орет про удачу, кто-то лупит клюшкой по лавке, а я стараюсь ровно дышать: вдох и выдох.

В голове план простой: рвать и забивать.

Телефон лежит рядом, на сумке. Я периодически на него смотрю, мои сообщения Полине до сих пор не доставлены.

«Ты где?».

«Поцелуешь на удачу?».

«Вот ты упертая, все же не поехала с нами».

Сжимаю кулак.

Ну и ладно. Может, просто сеть глючит, или она выключила телефон. Или ей, блядь, все равно.

Наклоняюсь и затягиваю коньки потуже.

Плевать. Сейчас я должен думать только об игре, но мысли все равно ускользают к ней. К ее красивым глазам, к тому, как она заснула на моем плече. К тому, как смеялась, когда я шарики задел ногой. Как спокойно дышала, будто мне доверяла.