Книга Невеста криминала, страница 117 – Маша Драч

«Не может быть!» — в нашем диалоге не звучит.

В голове проносится та злополучная ночь. Если бы малыш и в самом деле был от Стаса, Сонька обязательно разыграла эту карту. Значит, ребенок не его. И не Серёжкин. Я даже спрашивать не хочу, каким образом он об этом узнал и кто настоящий отец. Мне становится противно и зудит желание поскорей убежать в душ, чтобы смыть с себя всё это.

— И что ты собираешься делать? — осторожно спрашиваю.

— Завтра же подам на развод.

Теперь понятно, почему Соня так «расщедрилась» и прислала мне фото племянника. Пытается таким образом задобрить, чтобы мы снова были сёстрами, как раньше. И, возможно, у нее бы это получилось, если бы я воочию не увидела, какой она может быть на самом деле.

— Мне очень жаль. Правда.

— Ты-то не виновата. Просто. Блядь. Поверить в это не могу. Она никогда толком не обращала на меня внимания, а потом р-раз и всё. И замуж готова выйти, и ребенок у нас получился считай с первого раза. Я-то лох думал, что у нас всё по-настоящему. Идиот.

— Ты не лох и не идиот. Ты просто хотел любить.

Он горько смеется в трубку. Я пытаюсь его утешить. Мы прощаемся, и я снова обессиленно падаю на кровать. Затем снова беру телефон и делаю то, что нужно было сделать намного-намного раньше, но я не решалась. Боялась осуждения и вероятности, что в будущем пожалею о своем поступке. Ни к чему хорошему эта тактика меня не привела.

Нахожу контакт Сони и просто блокирую ее везде, где только можно. С меня хватит. Я всегда заботилась о ней, беспокоилась и помогала. Я, блин, именно из-за нее поперлась тогда к Стасу в тюрьму, боялась, что она может попасть под раздачу, а ей нельзя, беременная ведь была.

Теперь пришло время подумать и позаботиться о себе, а она пусть что хочет, то и делает. Ее жизнь меня больше не касается.

— Ты уверен? — обеспокоенно спрашиваю и смахиваю с воротника Зимы невидимые пылинки.

Я могу себе позволить этот заботливый жест, потому что воспринимаю Витю как близкого друга. И судя по тому, что не отбрасывает мою руку, у нас это с ним вполне взаимно.

— Ага, — Зима закуривает и нервно выдыхает дым в сторону. — Не могу здесь сидеть. Крыша уже едет, понимаешь?

Понимаю Я всё прекрасно понимаю.

Уже ни раз и ни два я слышала, как он поздней ночью пытается дозвониться Полине. Шлет ей голосовые сообщения, но ни на одно из них не получает ответа. Звонит каким-то знакомым, которые владеют опцией поиска людей, но, кажется, и там всё безуспешно.

Полина исчезла. Причем сделала это так, словно ее никогда и не существовало.

Зима до сих пор с этим не может смириться. Поэтому сегодня он уезжает, чтобы лично заняться поисками Полины.

— Мы же на одной планете, — иронично ухмыляется Зима. — Не могла же она на другую переселиться.

— Конечно, не могла. Как твоя рука? Самочувствие? Справишься с перелетом?

— Пф! Да нормально всё будет, не парься. В случае чего на месте подлатают.

От его беспечности у меня глаза в ужасе расширяются. Зима замечает это и смеется, запрокинув голову.

— Да ладно тебе, не бледней. Я собака живучая. Не пропаду. Хрен так просто добьешь.

Киваю и скрещиваю руки на груди. Мне не хочется прощаться с Зимой. Думала, он дождется, когда Стас очнется, но держать силой или уговаривать остаться не буду. Зима и так пошел на очень большую жертву из-за нас. Мне бы совесть не позволила продолжать пользоваться его преданностью.