Книга Бывшие. Соври, что любишь, страница 34 – Даша Черничная

Ульяна

— Мам, мы сегодня после уроков хотели с Глебом пойти на тренировку по борьбе, — заявляет мне прямо с самого утра Леша.

Кружка из-под кофе едва не падает из моих рук. Я быстро мою ее и отставляю в сторону.

Лешка заходит в кухню, уже готовый к учебному дню.

— Как это, Леш? — спрашиваю удивленно, до конца не понимая, что происходит.

Сын поправляет рюкзак на плече.

— Ну… вот так, — мнется. — Мы тут с ним пообщались, и я сказал, что хожу на вольную борьбу. Глеб тоже заинтересовался.

Моргаю несколько раз, пытаясь пережить шок от услышанного.

— Подожди, Леш. Вы что, теперь с Глебом лучшие друзья?

Сын смотрит на меня с неменьшим удивлением.

— Ну да. Мы ж в одном классе учимся.

— Ну да, — повторяю за сыном.

Действительно, что тут такого? Глеб и Лешка лишь одноклассники, у них много общих тем и интересов. Это нормально, что мальчики сдружились. Даже хорошо… Наверное…

Ничего, что они кровные братья. Вообще ничего.

— Глеб тебе не нравится? — сын спрашивает чуть ли не с вызовом.

— Нет-нет, о чем ты! Просто как-то неожиданно все.

В том, что ребята подружились, на самом деле, нет ничего удивительного. Они ровесники как минимум. Но черт возьми, чем дальше все это заходит, тем я больше страшусь будущего. Может быть, Денис был прав и мне стоит рассказать обо всем Максиму? А потом и Лешке…

— Ма, он практически единственный, кто поддерживал меня, когда все отвернулись, — тихо говорит сын.

— Здорово, что он был рядом, — улыбаюсь сыну. — Как сейчас дела обстоят в классе?

— Со мной общаются так, будто ничего не было, — Леша вздыхает. — Но я-то все помню, мам. В общем, никто меня больше не трогает.

— Я рада, сынок. Но ты же мне расскажешь, если что-то или кто-то обидит тебя?

— Конечно.

Ага. Как же. Расскажет он.

— Слушай, Лех, а разве Глебу можно вот так прийти на тренировку? Наверняка нужно согласие родителей? — не хватало потом выслушивать от Максима о том, что я пагубно влияю на его сына, или еще какой-нибудь бред.

— Это же простое посещение, ма, — сын пожимает плечами. — Глеб придет, посидит на скамье, посмотрит. Если ему понравится, скажет отцу, и тот запишет его на тренировки.

— То есть отец Глеба не знает о ваших планах?

— Глеб должен был ему сказать.

— Хорошо бы так, а то потом возмутятся, что ты подбил Глеба на все это, и выставят крайним.

Лешка беспечно отмахивается.

— Не будет такого, ма. У Глеба знаешь, какой классный папа? Мы когда встретились в парке, классно пообщались.

Дыхание спирает от этих слов.

Денис честно пытался стать отцом Лешке, но это все равно не то. А когда женился на Марине, стало в разы хуже. Сейчас Стафеев гораздо реже общается с Лешкой, и сыну не хватает мужского плеча рядом.

Я понимаю, что не имею права указывать Денису, как поступать, и упрекать в чем-то. На самом деле, я ему благодарна за то, что он пытается поддерживать сына и дальше. Пусть совсем не часто, но общается.

— Классный, понятно. Ладно, Лех, поехали в школу.

В школе дела обстоят спокойно. Я провожу несколько уроков, готовлю документацию, болтаю с Ольгой, которая как на духу мне выкладывает, что мамки ее чад помешались на Никонове.

— Нет, я еще могу понять одиночек. Мамы Артамонова и Шевелева стали чересчур активничать. То встреча родительского комитета им нужна, то класс в порядок привести. Хотя мы летом все делали! Но вот кого не могу понять, так это замужних матерей. Тебе показать переписку с Ибрагимовой и Савченко? Ну эти-то куда прут?! У них же мужья, а они задолбали меня тем, что надо детей и родителей сводить в музеи.