Книга Измена. Наследник мэра, страница 50 – Даша Черничная

Не привык я мягко. Вот чуть ли не впервые в жизни решил прислушаться к совету Никиты не брать нахрапом, и каков итог? Не прошло и нескольких часов, как я угрожаю Алене, что заберу ребенка. Ну нормальный, нет?

Лунный свет льется через приоткрытые шторы, заливая комнату голубым сиянием. Где-то на стене висят часы и каждым ходом стрелки отмеряют секунды. Очень непривычно, будто ты дома, среди близких людей, которым дорог.

Мне незнакомо это чувство, оттого и ощущается странным это чужеродное осознание. У меня никогда не было семьи ни в каком ее понимании. Бухающий отчим, его залетные женщины и улица. Улица была больше моей семьей, чем официальный родитель. Но все то дела давно минувших лет, воспоминания не приносят ни боли, ни печали — лишь сухая констатация фактов.

Сказки… я рад, что моему сыну читают сказки, и я благодарен Алене — несмотря ни на что, она смогла, справилась и подняла нашего Тимофея.

Деньги… да, без денег все это было бы нереально, поэтому мне отрадно понимать, что я не остался в стороне. Сам того не осознавая, помог своему сыну. Но бабки это всего лишь бабки. А она была рядом с ним. Наверняка не спала ночами, переживала, отправляя его в операционные, и держала за руку, успокаивая, когда сын отходил от наркоза.

Нет, это несравнимые вещи.

Свет луны вырисовывает на потолке очертания веток, и я залипаю, рассматривая их. Краем глаза вижу движение и оборачиваюсь на шорох.

Алена. Крадучись пробирается на кухню. На ней все тот же белый халат, который по-прежнему не дает мне покоя. Значит, ей тоже не спится.

Девушка прикрывает дверь на кухню и набирает воду из-под крана, а я поднимаюсь с постели и быстро следую за ней.

Алена не стала включать свет на кухне. Все по привычке сделала в темноте, скорее всего, не нуждаясь в свете, зная, где и что стоит. Она меня не видит, поэтому спокойно ставит стакан на раковину и отходит к окну, выглядывает на улицу.

Там, как раз под окнами, стоит машина моих ребят, и я уверен, что она недовольна — ошиваются у дома на глазах у соседей и порождают кучу слухов.

Алена вздыхает и разворачивается, натыкается на меня, пугается и начинает кричать, но мои годами вымуштрованные рефлексы срабатывают первее, поэтому я успеваю зажать Алене рот до того, как она поднимет на уши весь дом.

— Спокойно. Это я, Стас, — говорю тихо, но твердо.

Она быстро замолкает, и я отпускаю руку. Девушка тут же замахивается и ударяет меня по плечу. Я мог бы увернуться, но пускай. Пусть девочка выплеснет негатив. Тем более, откровенно говоря, мне нравится любой контакт с ней. Даже такой.

— Ты совсем больной, Стас? Я чуть не умерла от страха! — кричит на меня шепотом.

А я зависаю, рассматривая ее тело под халатом.

Алена, как и раньше, выглядит очень хрупкой, совсем маленькой по сравнению со мной. В этом что-то есть, когда ты понимаешь, насколько ты сильный по сравнению со своей женщиной. Но, несмотря на всю эту силу, она отдается тебе себя без остатка, доверяет безоговорочно, плавится в твоих руках и просит большего.

Вспоминания прошлых лет бьют в голову, оглушают.

Вообще, я всегда отличался выдержкой, меня сложно выбить из равновесия, практически нереально, я бы сказал, но она, именно она, делает это одним взмахом ресниц…

— Куда едем? — спрашивает мой водитель.