Книга Измена. Ты меня никогда не любил, страница 62 – Даша Черничная

— Кем приходитесь?

— Я муж.

— У девушки подозрение на сотрясение и ушиб грудной клетки, — рапортует, не отрываясь от рыдающей пациентки. — У парня предварительно перелом ноги, черепно-мозговая, возможно, что-то еще.

Смотрю на тачку. Видимо, удар пришелся со стороны пассажира, а вот когда они слетели в кювет, напоролись на дерево со стороны водителя. Даже по тачке видно, что машине со стороны пассажира досталось больше.

— Едем! — кричит Влад.

И мы снова несемся.

Рома

И мы снова несемся. А я вспоминаю молитвы, которых отродясь не знал. На ходу придумываю новые. Распять себя обещаю, лишь бы Деля была жива. Я ж сдохну без нее.

Инга позади ревет уже вовсю.

— Это я виновата… я виновата. Думала, сделаю это и он отстанет. Думала, станет легче. Только не становится ни хрена. Думала, он оставит меня в покое. Надеялась, что станет легче. А вот не становится нихрена. Только хуже делаю и ему, и себе. Не надо было мне возвращаться. В этом городе слишком больно… всем.

Качаю головой. Замолчала б ты, «подруга». И без тебя тошно.

На территорию больницы заезжаем с заносом. Залетаем в приемный покой. Дежурная сестра тормозит:

— Вы к кому?!

— Дигай и Фадеев должны были поступить полчаса назад.

Девушка громко вздыхает.

— Кем приходитесь?

— Родственники!

— Документы, пожалуйста, — смотрит на нас по очереди.

Кладем паспорта на стойку, пока сестра рассматривает их.

Влад соображает быстрее. Кладет перед ней красную купюру и рявкает:

— Живее!

Сестра подпрыгивает от неожиданности, но забирает деньги и тут же объявляет нам:

— Фадеев в травматологии. Подозрение на черепно-мозговую травму. Дигай в гинекологии.

— Ги-гинекологии? — заикаюсь. — С хера ль в гинекологии?! Она ж в аварии побывала.

— Спросите у лечащего врача.

— Где гинекология? — спрашиваю я.

— Третий этаж. Дальше подскажут. Травматология — второй этаж.

Инга сразу убегает, ничего не сказав нам. Мы с Владом следом, на этаж выше. Тут такой же сестринский пост.

— Дигай! — врезаюсь грудью в столешницу. — Я муж ее.

— Минуту! — звонит кому-то. — Артем Саныч, тут муж Дигай приехал. Ага. Поняла.

Кладет трубку и кивает на стулья у стены. Влад садится, а я хожу. Сердце херачит в груди, как сумасшедшее. Уебок! Вот кто я! Надо было ее остановить, умолять остаться. Хватаюсь за башку, стекаю вниз по стене.

— Ром! Рома! — брат падает на колени передо мной.

— Сестра!

— Поднимай его. Закатай рукава, — командует она.

Как раз в этот момент подходит врач.

— Это что за произвол в моем отделении? — измеряет давление, просит сестру принести какие-то лекарства.

Засовывает мне их в рот.

— Какие у нас нынче папаши чувствительные пошли, — хмыкает. — Муж Дигай?

Киваю.

Поднимаюсь, становится легче.

— Доктор, что с Аделией? — спрашиваю хрипло.

— Небольшое сотрясение, ушиб грудной клетки, ссадины и ушибы мягких тканей. Уже в приемном отделении у нее началось кровотечение. Мы сделали все, что могли, — серьезнеет.

— Почему она в гинекологии и что за кровотечение? - сердце выпрыгивает из груди.

— Так беременная же. — В ушах шумит, сердцу пиздец, что-то режет там внутри, не вдохнуть, не выдохнуть. — С ее анамнезом это приоритет.

Мне послышалось? Смотрю на Влада, но тот охреневше поворачивается ко мне.

Врач хмурится, переводит взгляд с меня на Влада.